В глубинах заснеженной тишины ждет чужая душа. Кристина в ужасе оправдывается перед Арманным за свой выбор, а тот игнорирует ее слова, пытаясь говорить о том, что кажется естественным и бессмысленном. Такова ситуация, где страсть переплетается с обманом и страхом.
Когда ты видишь, как сильный мужчина от нетерпения рвет на себе одежду, прожигая тебя пламенным взглядом, готовый в любой момент пресечь маломальскую попытку к сопротивлению, внутри тебя пробуждаются незнакомые ранее ощущения. Темные, дикие. Как и сами перевертыши.
Семен взялся за ремень, готовый его сорвать к чертям собачьим, кода внезапно замер, чем снова удивил Кристину."
"Та полулежала, опираясь на локти, и со сбившимся дыханием, с суматошно колотящимся в груди сердцем, наблюдала за ним.
И его заминка никак не вписывалась в начавшееся действо.
Кристина непонимающе свела брови на переносице. Неужели снова… Она решила, что Дореченцев отбросил прочь непонятные игры.
Поймав её недоуменный взгляд и опередив вопрос, что готов был сорваться с девичьих губ, Семен недовольно бросил:
— У нас гости.
У нас.
Два слова, а душа Кристины непривычно заныла. Слишком интимно прозвучали они.
Слишком многообещающе.
Кристина никого не учуяла. Да это и понятно. Её обоняние оставляло желать лучшего. Она уже давно перестала на него ориентироваться, больше причисляя себя к людям, чем к перевертышам с их сверхспособностями и инстинктами.
— Гости?
— Да.
Кристина села, понимая, что выглядит она не ахти.
— Семен, может, мне тогда уйти? — предложила она растерянно. — Гости же придут к тебе.
И снова поймала на себе тяжелый взгляд, в котором остывали всполохи их страсти.
Пауза, что выдержал Семен, ей не понравилась. Почему не ответил сразу? Создавалось впечатление, что он о чем-то напряженно думал. Решал. И на это решение ему было отведено катастрофически мало времени.
— Останься, — наконец, ответил он и направился к двери.
Привести себя в порядок не удосужился. Семен Дореченцев выглядел, как мужчина, которого оторвали от занятия любовью — волосы взлохмачены, взгляд недовольный, одежда в беспорядке.
Кристина провела рукой по лицу. Вот что ему мешает хотя бы одежду поправить…
Хотела попросить, но оказалось, что уже поздно.
Семен открыл дверь, хотя ещё в неё никто не постучал.
— О, Сема, привет! Ты, как всегда, почуял моё приближение? Никогда к вашим перевертышевским штучкам не привыкну! Мне сообщили с блокпоста, что ты приехал.
Услышав приветливый приятный голос пришедшего, Кристина почувствовала, как по спине побежали холодные мурашки, а в горле образовывается ком, мешавший полноценно дышать.
Медленно девушка поднялась на ноги.
Семен стоял таким образом, что полностью загораживал дверь, и она не могла видеть, кто именно пришёл.
