В глубинах заснеженной тишины ждет чужая душа. Кристина в ужасе оправдывается перед Арманным за свой выбор, а тот игнорирует ее слова, пытаясь говорить о том, что кажется естественным и бессмысленном. Такова ситуация, где страсть переплетается с обманом и страхом.
Вот такими уверенными мощными толчками, пронизывающими её основание, казалось, насквозь. Видеть, как внутри янтарных глаз, что неотрывно смотрят на тебя, разгорается неистовый огонь, грозящий тебя выжечь, если ты не подчинишься. Не позволишь брать тебя. Снова и снова. Проникая с каждым разом всё глубже, яростнее, уверенно двигая тела к наивысшей точке наслаждения.
Кристина окончательно перестала контролировать себя. Ни к чему. Она подалась вперед, и теперь обе её ладони лежали на мужских плечах, сделанных, казалось, из стали.
И как они ей нравятся.
Нравится всё, что с ней делает Семен.
Она вцепилась в него, стремясь быть как можно ближе.
Тело к телу.
Глаза к глазам.
Дыхание смешанно с другим дыханием.
Она двигалась навстречу каждому его движению. Впитывала его силу. Чувствовала, как её влага обволакивает его достоинство. Как его жесткие волосы соприкасаются с нежной кожей лона, заводя девушку ещё сильнее.
Она чувствовала…
Из её груди при каждом толчке вырывался сдавленный стон. Она, чтобы не кусать собственные губы, с рыком подалась вперед и сама впилась в мужские губы, и они моментально завладели инициативой, яростно целовали её, языком проникая внутрь и вступая с её языком в самый древний танец — танец страсти.
Когда Семен прикусил её нижнюю губу и сделал ещё один толчок, внизу живота Кристины нечто скрутилось в тугую спираль и резко отпружинило, раскрылось, посылая по всему организму множества маленьких импульсов, заставляя тело содрогнуться от оргазма.
Мир вспыхнул новыми красками, как и утро ещё одного зарождающегося дня.
Семен последовал за ней. Вжался в неё до основания, глубже уже некуда, и, зарывшись лицом в её взмокшие волосы, со стоном раненого зверя, кончил.
Некоторое время они не двигались.
Стояли, боясь пошевелиться, до конца не осознавая, что же всё-таки произошло.
Как не осознавали и того, что дороги назад не будет.
Теперь произошедшее между ними никак нельзя отнести к разряду мимолетного секса.
Для каждого он станет отправной точкой в новую жизнь.
Первым отстранился Семен. Исподлобья посмотрела на Кристину.
— Ты в порядке?
Его голос по-прежнему звучал хрипло и приглушенно.
— Да, — её голос вторил ему.
— Тогда давай одеваться.
— Семен… куда мы теперь?
Она сама не знала, зачем задала этот вопрос.
— Домой. Ко мне домой.
Глава 17"
"Путь до дома Дореченцева занял меньше получаса.
