В глубинах заснеженной тишины ждет чужая душа. Кристина в ужасе оправдывается перед Арманным за свой выбор, а тот игнорирует ее слова, пытаясь говорить о том, что кажется естественным и бессмысленном. Такова ситуация, где страсть переплетается с обманом и страхом.
Тогда отчего сердце Кристины протяжно застонало, ускорило свой ритм? Почему отозвалось на его слова?
— Мне бабушка рассказывала, что раньше почти все перевертыши жили кланами. Возглавлял их альфа — самый сильный из оборотней. Он принимал все решения, касающиеся жизнеобеспечения и жизнедеятельности клана.
— А что ещё говорила твоя бабушка? Сама она жила в таком клане или родилась и выросла в городе?
— Родилась она в клане, но вынуждена была уехать из родного поселения.
Брови Дореченцева изогнулись.
— Почему? Причину она тебе называла?
— Да, — Кристина грустно улыбнулась.
Семен ответил не сразу.
— Альфа не имел права вмешиваться. Что он мог предпринять? Остановить бой, когда понял, что его парень проигрывает? Это недопустимо.
— А смерть допустима? А оставить молодую женщину, беременную к тому же, допустимо?
Дореченцев остановил машину у пропускного пункта, и к ним сразу же навстречу поспешил высокий широкоплечий парень в военизированной форме.
— Семен, с возвращением!
— Как дела, Борис?
— Всё тихо.
Взгляд молодого человека через приспущенное стекло со стороны водителя задержался на Кристине. Та дежурно улыбнулась.
— Вот и славно. Открывай!
Последняя реплика и вовсе прозвучала резко.
Борис тотчас встрепенулся, словно очнулся от непродолжительного сна и открыл кованые ворота.
— Зачем они? — Кристина кивнула на ворота. — Любой перевертыш их с легкостью обойдет. Или перелезет через них.
— Ну, во-первых, не любой.
