Автор
Зимнее утро окуtывает тихой меланхолией, и Хабиб выходит из автомобиля с усталым вздохом. Перед ним стопка автомобилей ждет его нарушением спокойствия. Ледяной воздух защекает его лицо, усиливая тревогу о том, что же случилось.
Поозиравшись по сторонам и так и не наткнувшись взглядом на мощную фигуру Сатоева, я, слегка разочарованная, что он уже куда-то слинял, решила не терять времени даром и отошла в сторонку, чтобы позвонить родным и поздравить их с наступающим Новым годом. Ведь если у сестры, живущей в Германии, до полуночи было еще далеко, то у мамы Новый год должен был наступить как раз через двадцать минут."
"С мамой нормально поговорить оказалось проблематичным – у них дома с отчимом, как обычно в Новогоднюю ночь, собрались гости.
Зябко повела плечами, оглядываясь по сторонам, прислонилась спиной к дому, запахнула покрепче расстегнутый пуховик и набрала сестре.
– Привет, – Лейла ответила совсем шепотом, – Подожди…
Послышались глухие, едва различимые шаги, тонко скрипнула дверь, еще шаги, и сестра наконец заговорила в полную силу.
– Привет, родная! Поздравить?
– Да, – я заулыбалась, остро вдруг ощутив, как по ней соскучилась.
По ней и по толпе моих племянников. У Лейлы было трое детей, и я их всех обожала. Конечно, моим любимчиком был старший, Тимка, потому что, когда он был малышом, я много возилась с ним, часто выступая няней.
– Как вы там? Где отмечаете?
– Да какой отмечаем, – фыркнула Лейла в трубку, – Вот только Амину уложила. Но она одна совсем плохо спит. Заорет через час максимум.
Сестра протяжно вздохнула в трубку, и я словно воочию увидела, как она закатывает глаза к потолку и трет переносицу в своем обычном жесте.
– А так дома. Мальчишки с Тошей пошли на улицу гулять, пока я укладывала, сейчас вернутся и ужинать сядем. Ничего такого, в общем…Видишь, Аминка еще совсем маленькая, и двух месяцев нет, так что у нас вот так вот. Тихо. Лучше расскажи ты как, Мадь?
Сестра моментально оживилась, вся звеня любопытством.
