Автор
Зимнее утро окуtывает тихой меланхолией, и Хабиб выходит из автомобиля с усталым вздохом. Перед ним стопка автомобилей ждет его нарушением спокойствия. Ледяной воздух защекает его лицо, усиливая тревогу о том, что же случилось.
Пропустить Новогоднее застолье казалось настоящим кощунством и не укладывалось у меня в голове.
– Из окна пАсмотришь, – отрезал Хабиб, рывком оторвал меня от стены и потащил в дом.
Притормозил только у накрытого в гостиной стола, чтобы взять с него пару бокалов и бутылку шампанского."
"С каждым шагом становилось жарче. Тело ощутимо лихорадило в предвкушении. Казалось бы, ничего еще не происходит. Но то, как близко, след в след, шел Хабиб, как затылок покрывался мурашками от его долетающего горячего дыхания, как его запах и теплая, давящая аура плотно окутывали меня, порождая ощущение фантомных прикосновений- все это буквально сносило меня, делая ноги ватными, а дыхание неглубоким и частым.
В голове обрывком всплыл голос Хабиба, говорящий, что завтра утром перевал откроют, и тут же растаял в мареве других ощущений, оставляя лишь горьковатый, режущий по-живому след.
Толкаю дверь дрогнувшей рукой. Краем глаза улавливаю, как Хабиб опирается ладонью о дверной косяк, пропуская меня первой и одновременно подбираясь совсем близко. Захожу в темную комнату, до сих пор хранящую пряные интимные запахи, сейчас едва уловимые, но от того лишь еще более будоражащие. Словно мы навсегда оставили здесь частичку себя. Оглядываюсь на Хабиба, застрявшего в дверном проеме, и вижу, как он копошится в телефоне.
– БудЫльник ставлю, – поднимает он на меня немного насмешливый и тягучий взгляд.
Я киваю и тянусь к выключателю, но Хабиб накрывает мою руку своей и не дает включить свет.
Вместо этого переплетает наши пальцы и крепко обнимает со спины. Позади скрипит дверь, хлопок, и полоска света из коридора исчезает, оставляя нас в густой вязкой темноте. Моргаю, пока глаза не привыкают, и льющегося из окна желто-сиреневого света становится достаточно, чтобы видеть очертания предметов в комнате.
Снова закрываю глаза, потому что Хабиб целует меня в шею, царапая бородой и проводя влажным языком по коже.
Разворачиваюсь к нему, чтобы помочь раздеться. Сама тянусь к губам, становясь на цыпочки, обвиваю шею одной рукой, повисая на нем.
