Автор
Зимнее утро окуtывает тихой меланхолией, и Хабиб выходит из автомобиля с усталым вздохом. Перед ним стопка автомобилей ждет его нарушением спокойствия. Ледяной воздух защекает его лицо, усиливая тревогу о том, что же случилось.
Хабиб вновь поцеловал меня, развязно, глубоко, влажно, повторяя языком танец двух пальцев во мне, которые я непроизвольно стала сжимать внутренними мышцами, ритмично подаваясь бедрами им навстречу и насаживаясь глубже…
Да…Вот так…Быстрее…
– Быстрее…Да-а-а…– неразборчиво застонала ему в рот, перехватывая мужское запястье и сильнее вдавливая в свой дрожащий живот. Тело начало рефлекторно напрягаться в предчувствии подступающего оргазма, – Да…Пожалуйста- пожалуйста-а –а
– Твою мат, – вдруг рыкнул Хабиб зло, убрал руку под мой непонимающий протестующий стон.
Я с трудом сфокусировала зрение на его перекошенном возбуждением лице. Что? Сатоев, ничего не говоря и сверля меня каким-то совершенно диким взглядом исподлобья, дернул рычаг сидения, отодвигая его до упора, приподнял меня со своих колен и потянул вниз мои штаны сразу с бельем
– Что ты? Что ты делаешь? – я протестующе вцепилась в одежду, которая была уже на середине моих бедер.
– А на чИто похоже? – немного дрожащим, хриплым голосом фыркнул Хабиб, – Трахнут тебя хочу! До колен спусти!
– Мы…Мы так не договаривались! – мой голос дрожал ещё сильнее.
Я дико хотела его сейчас, и даже не только его. Просто дико хотела…
Но…!
Но ведь это уже прямо настоящий секс с незнакомым мужиком! Я…Я итак уже пала ниже, чем за все предыдущие двадцать восемь лет! Это как-то…Я не могу!
– Я не могу! – взвизгнула вслух, цепляясь за штаны как за свой последний оплот добродетели.
– Я те щас не смогу! – рыкнул, хищно улыбаясь, Сатоев и отвесил мне тяжеленный шлепок по заднице.
Я возмущенно взвизгнула. А потом возмущенно охнула, когда Хабиб играючи выдрал штаны с трусами из моих пальцев и спустил до колен. И издала какой-то уж совершенно невообразимый звук, когда он крутанул меня к себе спиной, сбивая мне бедра и коленки о руль, торпеду, передачу и дверь, и заставил усесться ему на пах голой попой.
– Хор-р-роша тИ, Мадинка, – прорычал мне в ухо, обдавая жарким влажным дыханием."
"Буквально улегся мне на спину своей немаленькой грудью, вынуждая максимально прогнуться и упереться в руль.
Сатоев потянулся вбок и открыл бардачок, влажно дыша мне в затылок и царапая нежную кожу шеи своей короткой густой бородой.
