В пещере Торатау, где свет изнывает под жестоким южным солнцем, Дима вновь задерживается в постели. Мама его упрекает за каждый час, когда он остается без дела — ребята скоро приедут, и рюкзак ещё не собран. Здесь воздух острый как лезвие, а сознание пытается вернуться из телеги ковчега в мир обычных дел....
На! Тимофей воспользовался удобным моментом и, чуть подшагнув, резко уколол штыком противника в грудь. Рывок мушкета назад и отскок обратно в свой ряд, чтобы не срубили. Татарин выпустил саблю из рук и рухнул под ноги.
– Вперёёд! – прокричал где-то сбоку капитан Огнев, и колонна драгун с рёвом пошла на врага.
Гянджинцы были храбрыми воинами, но против организованного, хорошо обученного и вооруженного войска им было не выстоять. На всех участках обороны они были выбиты со своих позиций и теперь отступали к главной крепостной стене.
Колонна распалась, и теперь бой шёл группами воинов, в каждой из которых был свой командир или лидер, причём совсем не обязательно из унтеров или из господ офицеров. Возле Ефима Силовича собрался весь артельный десяток, и к нему же примкнули несколько человек из чужого взвода. Драгуны рассеяли в садах пару небольших групп татар и теперь продвигались ближе к крепостной стене."
"Из-за глиняного забора высотой в человеческий рост выскочило более дюжины вражеских воинов, трое выстрелили в приближающихся русских и начали пятиться.
– Да чтоб тебя, дурень! – обругал сам себя Тимоха. – Ведь хотел же его зарядить!
Несколько драгунов выстрелили из своих ружей вслед татарам, и их пули уложили троих.
– Коли их, братцы! – крикнул Силович и увлек людей за собой.
Тимофей выхватил из-за пояса свой пистоль и выстрелил из него в пятящийся десяток татар.
Шагах в трехстах виднелись ров и высокая насыпь с палисадом из толстых, обтёсанных сверху брёвен, а над ним нависали высоченные каменные стены. К проходам с перекидными через ров мостиками бежали толпы гянджинских воинов. Их прикрывали огнём из ружей и пушек с вала и со стены.
Барабаны били «отбой атаки».
– Стоять! Не лезем близко! – крикнул мимо пробегающий егерский майор. – У нас штурмового припаса нет, чтобы на стены лезть, сейчас всех тут положим. Отходим на пару сотен шагов!
Егеря и драгуны пятились назад под прикрытие глиняных заборов и деревьев сада.
– Тимоха, Герасим, Савелий, Ваня, – Устима берите и за первую стену его снесите, – распорядился Силович. – Там лекарей наших сыщите и на руки им нашего страдальца сдадите.
