В полной мере окутанная мраком летний вечер с шумно топающей по кирпичу старой «Волгой» и рыданьем гортензий, это первые кадры из жизни Евгении Ниловны. Но все еще больше дрожит под прикрытием мирный домашний шум — прерывистая злость матового стекла кастрюльки и вырывшиеся за улицу слова хитающей женщины о вине своего мужа. В этот момент внезапно появляется Матвей Нестерович с его душевной болью, словно дракон под прикрытием мирного быта....
Только пообещал своей переводчице: – Вместо чужой коалы выберешь себе пару мальчишек из последней партии, хорошо? Умничка. А теперь мы торопимся… очень торопимся!
Минуты не прошло, как черный дракон подцепил всеми четырьмя лапами фургон с испуганно вопящими парнями, взмахнул крыльями и скрылся за ближайшей скалой.
– И что это было? – Евгения озадаченно поморгала ему вслед и повернулась к своему мужчине.
– Торопится он, – пожал плечами Матвей и посмотрел на чалманосца: – Мы тоже торопимся. Накладную давай!
Домой, в свою долину, они вернулись к вечеру.
Всю обратную дорогу Евгения необъяснимо нервничала. Она сидела спокойно, словно мраморная статуя, даже не ругалась на подвывающую коалу в лапах Матвея. А приземлившись, мимоходом погладила все никак не желающего успокоиться Барбоса по коаловым ушам, хлопнула его по хвосту и задумчиво уставилась куда-то вдаль.
Похоже, пора было начинать волноваться и Матвею.
Глава 39
– Устала? – Матвей приобнял напряженно разглядывающую темно-синее небо женщину и поцеловал ее в щеку.
– Устала, – удивленно согласилась Евгения. – Кажется, впервые с момента попадания… Шоколадку хочу, – вздохнула она.
– С шоколадом тут не сложилось, но у Грома наверняка что-то сладкое есть. Сейчас принесу! – Матвей сразу с места взмыл ввысь уже черным драконом и понесся к шаману.
«Свеклу бы, сахарную, – уже приземляясь, вспомнил он об источнике сладостей, – или пчел…».
– Зачем пчелы? Пчелы свободу любят.
– Вы тут совсем страх потеряли. Балую я вас. – Покачав головой, Матвей протянул руку и сурово взглянул на Грома.
– Прости, Величайший! Любопытство мучает… – тут же заюлил шаман.
– Коалу привез, – буркнул Матвей, старательно пытаясь сохранить серьезное выражение лица. – Завтра вас познакомлю. А пока мед отдавай. Не стоит заставлять мою женщину ждать…
– Ой, тут ты прав, Величайший… Твоя женщина особенная, пусть кушает, радуется. Завтра всю деревню утром соберу, будем вас ждать, – Гром вроде бы смирился.
