В полной мере окутанная мраком летний вечер с шумно топающей по кирпичу старой «Волгой» и рыданьем гортензий, это первые кадры из жизни Евгении Ниловны. Но все еще больше дрожит под прикрытием мирный домашний шум — прерывистая злость матового стекла кастрюльки и вырывшиеся за улицу слова хитающей женщины о вине своего мужа. В этот момент внезапно появляется Матвей Нестерович с его душевной болью, словно дракон под прикрытием мирного быта....
– Не они одни умеют камнями швыряться! Погоди, я тебе сейчас снаряды буду подносить, а ты давай, артиллерист, мочи врагов!
Но погеройствовать Евгении никто не дал. Вик, до этого отчаянно ругающийся с братом за право остаться и сражаться, после молчаливого обмена взглядами схватил женщину за руку и потянул в сторону скал, к тропе.
– Тетя Женя, пойдемте! Я один не уйду, а с вами уйду, – заявил ей мелкий шантажист, преданно заглядывая в глаза.
– Куда?!
Сначала Евгения, все еще горящая азартом битвы, заупиралась.
– Итицкая сила! Где Усянь? Где остальные мальчики? А ну за мной! Домой! – Сама она твердо намеревалась вернуться на линию обороны, как только уведет детей в безопасное место. Но говорить об этом вслух предусмотрительно не стала.
– Усянь не ребенок, госпожа, – пропыхтел синенький хусинец, бодро катя мимо них камень чуть ли не с полсебя размером.
– Ты откуда здесь?! – ужаснулась Евгения. – Быстро домой! Что значит, не оставлю?! Кто тебя спрашивает!
Мда. Оно, конечно, между учительницей и пастушьей собакой, загоняющей стадо в светлое будущее, есть нечто общее. Но Евгения никогда не думала, что сходство настолько велико!
Хорошо хоть Барбос вовремя подключился и цапнул непослушную девчонку за подол.
– Сидеть! Охранять! – приказала Евгения Барбосу после того, как все подростки протиснулись по секретной тропинке. – Никого не пропускать, понял? Вот псина сутулая… тут сядь! Ты теперь такого размера, что мимо твоей толстой попы никто не пролезет.
Игнорируя жалобное повизгивание коалы, женщина тут же устремилась обратно к Матвею. За Барбоса и его пост она не беспокоилась: дурной пес, конечно, гонял котов по ее гортензиям, но только если Матвей или она сама этого не видели. А так-то он был прекрасно выдрессирован и понимал команды. В частности «Охраняй!».
– Так мы долго не продержимся.
