В полной мере окутанная мраком летний вечер с шумно топающей по кирпичу старой «Волгой» и рыданьем гортензий, это первые кадры из жизни Евгении Ниловны. Но все еще больше дрожит под прикрытием мирный домашний шум — прерывистая злость матового стекла кастрюльки и вырывшиеся за улицу слова хитающей женщины о вине своего мужа. В этот момент внезапно появляется Матвей Нестерович с его душевной болью, словно дракон под прикрытием мирного быта....
Всегда нравилось, гаду! Уровень школьника младших классов – дернуть за косичку и потом бегать по всей школе от разгневанной красотки.
– Паразит. – Желание поругаться поблекло. Женщина вздохнула и еще раз пощупала платье. – И какие выводы мы сделаем из этого открытия? – занудным голосом училки поинтересовалась она. Но ответа дожидаться не стала: – На мне платье той несчастной. Это ее иголки, ножницы и остальные странные штуки. Спрашивается, почему тело там, а платье здесь?"
"Матвей пожал плечами, но на платье посмотрел неодобрительно, с подозрением.
– И почему ты разрисован под дракона? – продолжила перечислять свалившиеся на них загадки Евгения. – У него-то природный узор на чешуе, вроде как у зебр и тигров на шкурах. А тебя кто и зачем расписал?
– Думаешь, кто-то выкрал тебя из нашего мира и переодел, а меня – раздел и раскрасил, как мандалу? Вот попадись мне этот весельчак!
Злобно фыркнув, Матвей огляделся. Но никаких весельчаков поблизости не пряталось, только два трупа.
– Нда, меня переодели в жертву, тебя перекрасили в дракона… – переиначила ту же мысль Евгения и поежилась, – надеюсь, это не означает, что ты должен меня сожрать.
– Нет, что ты! С кем я тогда ругаться буду? – Матвей попытался свести все к шутке, но настроение у соседей заметно подпортилось, а боевой дух выветрился.
– Успокоил! Слушай, а я вроде как проголодалась. – Евгения с удивлением отметила знакомые ощущения в животе.
А ведь всего лишь минут десять-пятнадцать назад она боялась, что вот-вот случится обратный процесс – не поглощения, а изгнания пищи из организма.
– Что ты там про готовый нож говорил? Пару стейков мы из этой туши точно выкроим.
Евгения уверенно направилась к дракону и вдруг резко остановилась, в ужасе уставившись на одну из огромных лап. Ей показалось, что та дернулась…
Глава 5
– Много ты понимаешь, – ворчала Евгения, ловко орудуя выдранной с корнем острой чешуйкой. – Окорок-окорок… Чтоб ты знал, самое мягкое мясо у четвероногих – вырезка.
– Выключай училку, – хмыкнул Матвей, наблюдая за стараниями соседки. – Меня интересует не теория, а практика. Слона бы уже съел, начиная с хобота!
– На практике у дракона четыре ноги? Четыре. Стало быть, от коровы он не слишком и отличается. Подумаешь, крылья. Ты огонь натер?
– Мозоли я себе натер… – огрызнулся Матвей, отбрасывая в сторону очередную сломанную палку.
