В полной мере окутанная мраком летний вечер с шумно топающей по кирпичу старой «Волгой» и рыданьем гортензий, это первые кадры из жизни Евгении Ниловны. Но все еще больше дрожит под прикрытием мирный домашний шум — прерывистая злость матового стекла кастрюльки и вырывшиеся за улицу слова хитающей женщины о вине своего мужа. В этот момент внезапно появляется Матвей Нестерович с его душевной болью, словно дракон под прикрытием мирного быта....
Ей до дрожи в руках и ногах хотелось прыгнуть, настичь и давить, топтать лапами, рвать когтями…
– Р-р-р! – И тела врагов разлетаются в разные стороны.
– Р-р-р! – «Получи струей алого пламени и тяжелым камушком в придачу! Так тебе! Живой он меня вздумал брать! Да я тебя всмятку, гада!»
– Р-р-р!
Евгения задрала морду в небо и выпустила к облакам победный пламенный салют. И даже на месте попрыгала от яростного азарта: «Кто с мечом к нам придет, того я в клочки и по закоулочкам! А ну выходи, вражина, если еще жив остался!»
Далеко не сразу до нее дошло, что кто-то тихо подскуливает совсем рядом и, кажется, жмется ей под крыло.
Глава 48
Огромная алая драконица сидела у входа в пещеру. Вид у нее был слегка ошалелый и одновременно надутый. Время от времени она недовольно поуркивала и пыталась привстать. Но тут же покорно усаживалась обратно, потому что забравшаяся чуть ли не под пузо золотая ящерица начинала верещать, как только ей казалось, что большая и надежная «мамочка» ее бросает.
Вокруг этой сюрреалистичной картины задумчиво бродил Гром и почесывал бороду.
Возле них в живописном кроваво-горелом беспорядке валялось то, что осталось от отряда подлых диверсантов.
– Нормально так слетали за хлебушком, – прокомментировал увиденное Матвей, задумчиво взлохмачивая волосы. – Но есть плюс: ты теперь не будешь переживать, что всего лишь человек. – И он попробовал подойти поближе к драконицам.
– Ар! – раздраженно буркнула алая и выразительно потыкала передней лапой сначала в себя, потом в него, потом, подумав, в непривычно-писклявую Джослину. – Ар?
– Да, согласен, тот еще «Ар». – Озабоченно хмыкнув, Матвей с надеждой посмотрел на остальных мужчин.
– В первый раз нужен сильный эмоциональный всплеск, – подтвердил Джеролд, пока Гром расстроенно разводил руками. – И для превращения в дракона, и чтоб обратно.
– Судя по элементам пейзажа, – маг совершенно хладнокровно пнул чей-то обгорелый череп, – в этот раз все вышло очень эмоционально. Даже интересно, кто это был?
– Железные люди, – с презрением процедил Гром.
