В полной мере окутанная мраком летний вечер с шумно топающей по кирпичу старой «Волгой» и рыданьем гортензий, это первые кадры из жизни Евгении Ниловны. Но все еще больше дрожит под прикрытием мирный домашний шум — прерывистая злость матового стекла кастрюльки и вырывшиеся за улицу слова хитающей женщины о вине своего мужа. В этот момент внезапно появляется Матвей Нестерович с его душевной болью, словно дракон под прикрытием мирного быта....
– Нам не придется покидать деревню… – краем уха услышала Евгения и насторожилась.
– Чего они там про возрождение несут? Скажи, чтоб сваливали! У нас же чучело!
– Прячьтесь! Я спалю все: и ваших врагов, и ваши дома… – разошелся Матвей. – Вы не дали мне поспать!
Он, может, еще бы что-нибудь выкрикнул, вот только голосовые связки не позволили. И мужчина сипло закашлялся. Эхо превратило это в страшный смех, от которого у Евгении мурашки пробежали по позвоночнику.
– О Великий… – Наверху странно притихли. – Ты недоволен нами?! Эй, тащите дар новому дракону!
– Что-то мне это не нравится, – подозрительно прищурилась сообщница по драконьей мистификации.
Договорить она не успела, ибо все ее опасения подтвердил пронзительный женский визг где-то поблизости от пещеры.
А потом, безо всяких прелюдий, сверху мимо драконьей морды посыпался сначала песок, а потом в дыру влетела откормленная девица, со всего размаху грянулась о каменный пол, перестала орать и закатила глаза.
– Так вот от чего та портниха кони двинула, – несколько раз нервно сглотнула Евгения.
– Вроде дышит. – Аккуратно прислонив инсталляцию из бревна и драконьей башки к стеночке, Матвей присел возле новой жертвы и поводил пальцами над девичьим лицом. – А давай ее в источнике замочим?
Не дожидаясь ответа, он перекинул тело через плечо и направился вглубь драконьей пещеры. Причем, судя по скорости, наличие достаточно пухленького фигуристого груза ему ничуть не мешало.
– Зачем?! – не сразу поняла Евгения, торопясь следом. Но потом до нее дошло. – Ааа… давай. Вон, у нее нога как-то неправильно вывернута. Коленкой назад. Вот и проверим, насколько вода живая.
Остановившись у источника, Матвей небрежно скинул девушку прямо в воду и уселся рядом на бортик бассейна.
– Как думаешь, сколько ей на восстановление понадобится?
– Судя по пузырям, минуты хватит, – хмыкнув, Евгения устроилась бок о бок с мужчиной, – чтобы утонуть. Голову-то над водой надо было держать.
– Есть у меня подозрения, что мне ее голову в руки брать не надо, – с каменным лицом выдал Матвей и кивнул в сторону безголового драконьего тела.
– Мда… – не без внутреннего сопротивления согласилась Евгения. – Ладно.
Аккуратно сбросив с ног довольно удобные кожаные тапочки, похожие на помесь балеток с мокасинами, она подоткнула подол и полезла в воду. За волосы поймала несостоявшуюся утопленницу и аккуратно приподняла ее над водой.
