Девушка с раскосыми карими глазами, смугло как лунный свет, вызывает восхищение и негодование одновременно. Встреча со старшей знакомой шепчет о роковых принуждениях любви, а между ними витает тонкий дым атмосферы невысказанного желания и скрытых планов.
И только умоляю сделать это быстрее, потому что путь к нему — самая сладкая, лишающая разума, но все же мука.
И вот тишина. Только бурное, с хрипом и посвистом наше дыхание. Мы лежим на боку, ладони все еще стискивают, не давая мне свободы, он еще во мне, скользит сквозь судороги внутренних мышц самую малость, но так, словно совсем остановиться не в состоянии. И это едва ощутимое движение — все, что я способна воспринимать еще некоторое время. Нет ничего вне: моих проблем дома, отвратительной действительности этих наших уродливых неотношений — вообще любой жизни за пределами этого… да по хрен, как можно назвать.
— Ну и стоило ли так долго тянуть с повторением, куколка? — хриплым ломким голосом спросил волкокот, в пыль разнося безмятежное сладкое нечто без названия.
Все возвратилось и ударило гадкой реальностью мне разом в живот и в голову. Да как так-то? Резко вывернувшись из его захвата и избавившись от его слишком ощутимого присутствия во мне, откатилась и вскочила на ноги, еще ошалевшая.
— Да что же ты подпрыгиваешь каждый раз, как ошпаренная! — На моем локте сомкнулся твердый захват, и над моим ухом проворчал… сука, как его зовут-то хоть…
— Захар, будем знакомы поближе.
— А я что, спрашивала? — огрызнулась и закашлялась от сухости в горле и сразу почувствовала, как по ногам прям ручьем потекло. — Ты! Ты не надел гребаную резинку?!
Перед глазами прояснилось, и я успела уловить гримасу краткого замешательства на его лице, прежде чем вернулось его вечное выражение заносчивого мудачизма.
— Забыл, — скривившись безэмоционально, констатировал он и ухмыльнулся: — То-то мне и показалось, что все чересчур охренительно было.
— Охренительно? — сорвалась я на крик, дергая руку из клещей его жестких пальцев, пока он не отпустил. — Это все, что тебя, сука, волнует? Что было без защиты круче, чем обычно?!
— Чего ты завелась? — нахмурился он.
— На пустом? — Я, блин, как какой-то офонаревший от его козлизма попугай, ей-богу! — То есть болячки и залет — для тебя херня?
— Болячки в нашем с тобой случае не актуальны, — пожал он плечами. — А о том, чтобы ты не залетела, я позабочусь. Нашла проблему. Съездим в клинику к одному моему знакомому хорошему доктору, и все дела.
