В зале священников и придворных царила напряженная тишина, в то время как я стояла на алтаре. Мое волнение сменилось тревогой, когда я поняла, что моего избранника не будет на церемонии — он болен и не сможет принять наследие своего королевства. Это оказалась последней каплей для меня: мне предстоит сама стать новой императрицей, независимо от семейного горя....
Сила в его глазах плескалась умиротворённо и размеренно. А ещё… он сделал предложение Лейле.
В шоке были абсолютно все, начиная с его отца и заканчивая Иви, которая случайно подслушала, как он просил руки своей любовницы, и совершенно без злого умысла в тот же вечер разнесла вести по всему дворцу. Вчера фракийцы, Филипп и его бывшая наложница, а ныне невеста, которая, не задумываясь, приняла его предложение, покинули Иперворию. Остались только мы с братьями и то только потому, что лекарь настоял на последнем сеансе терапии сегодня днём.
Мне не терпелось покинуть это место. Стены замка, сад, скалы и даже вид из окон напоминали о пережитом здесь, и становилось грустно. Хотелось оставить всё это в прошлом и уже начать жить в новом светлом, как пшеничные волосы моего любимого, будущем.
Лишь одно место заставляло сердце пускаться вскачь, стоило мне спуститься по заветной тропке между скал. Именно туда я и решила отправиться сегодня с Люцием.
— Вот и пришли, — радостно объявила я ему, когда мы, наконец, оказались неподалёку от памятного для нас обоих песчаного пляжа.
Диал сначала застыл, не зная, как реагировать на мою выходку, затем повернулся к пещере спиной так, чтобы её не видеть и сказал:
— Ты как всегда права, Дафна. Отсюда открывается волшебный вид на закат.
Именно в этот момент заходящее солнце коснулось своими ласковыми золотыми лучами его лица, и зелёные глаза моего сказочника стали ещё выразительнее.
— Разрешите пригласить вас, Ваше Высочество? — Я протянула ему здоровую руку, чтобы не смущать своими шрамами.
— Так не пойдёт, любимая. Сегодня ты во всём пытаешься занять моё место. Не я ли должен тебя ангажировать? — Люций подошёл ко мне вплотную и приобнял, становясь в позицию вальса.
— Когда там у нас запланирован обряд бракосочетания? — ехидно спросила я, когда мы начали свой танец.
Музыка была нам без надобности. Зачем она, когда тебя ведёт сердце?
— Через неделю, — ответил он, стараясь смотреть только мне в глаза.
— Жду не дождусь. А ты? — наседала я.
— Я ждал тебя не один год. Ещё семь дней как-нибудь переживу.
Диал уверенно вёл в танце, позволяя мне наслаждаться процессом и видом пляжа и морских волн, которые теперь купались в лучах заходящего солнца.
— А помнишь, как я опростоволосилась, когда мы познакомились?
— Я помню всё, что связано с тобой, — без раздумий выдал мужчина.
— Что ты спросил, когда я заявила, что меня ещё никто не приглашал? — выпалила я так быстро, что сама еле разобрала, что сказала.
