В зале священников и придворных царила напряженная тишина, в то время как я стояла на алтаре. Мое волнение сменилось тревогой, когда я поняла, что моего избранника не будет на церемонии — он болен и не сможет принять наследие своего королевства. Это оказалась последней каплей для меня: мне предстоит сама стать новой императрицей, независимо от семейного горя....
— Ты же расскажешь мне, если пожелаешь нужным? — заключая в свои нежные объятья, спросил он в один из дней.
— Конечно. Я справлюсь. Оставь это мне. Ты свои сражения уже выиграл. Это моё, — улыбнулась я и подарила невесомый поцелуй.
Легко сказать, да трудно сделать. Стоя у алтаря, я должна была испытывать только самые светлые чувства: нежность, любовь, радость, восторг. Но всё было иначе. На лице улыбка, а в душе — полный кавардак, вот как я могла бы описать своё состояние в тот день.
Храм был великолепен.
Когда пришло время произнести слова клятвы, у меня затряслись руки.
В мои руки тоже кто-то вложил браслет с таким же узором, что и тот, который уже был у меня на запястье. Моя кровь для завершения обряда не требовалась. Нужно было лишь защёлкнуть его на руке любимого, и всё бы завершилось. Вот только пальцы отказывались слушаться, и в какой-то момент я едва не уронила металлическое украшение на пол. Люций молчал, просто не мог сказать чего-то по правилам церемонии. Жениху запрещалось хоть как-то сподвигать невесту к принятию решения. Она должна сама принять его.
Слёзы застилали глаза, мысли находились в полном хаосе, но тело сработало как нужно. Не зря я отточила все движения до автоматизма. Коснулась протянутой руки моего зеленоглазого счастья и сомкнула на ней края браслета. В тот же момент по телу разлилось приятное тепло, подтверждающее, что Пресветлые одобрили союз и теперь мы неразлучны.
Храм взорвался аплодисментами и криками поздравлений. Радовались все. Кроме меня.
