Пауза затянулась, но наконец Лондон сказала:
– Нет, больше не хочу. Мисс Хэмшоу меня не любит.
– Ну и ладно. Тебе больше незачем ходить на танцы.
Лондон замялась, а когда подняла глаза на меня, я заметил на ее лице тревогу.
– А что скажет мама?
– Она поймет. – В эти слова я постарался вложить больше уверенности, чем чувствовал.
Высадив Лондон у школы, я отправился на киностудию, где у меня была назначена встреча с дрессировщиком и его бульмастифом Гасом.
Бульмастиф Гас оказался талантливым актером, так что съемки завершились еще до полудня.
В этот день Лондон вернулась из школы не такая радостная, как накануне. Ограничить ее физическую активность и просмотр телевизора было нелегко, требовалась недюжинная изобретательность, и я решил свозить ее в зоомагазин. Все равно надо было пополнить запасы опилок для хомяков, и я подумал, что Лондон понравится разглядывать пестрых рыбок.
Аквариумов в зоомагазине насчитывалось не менее пятидесяти, на каждом висела табличка с описанием разных видов рыбок. Мы с Лондон провели в магазине больше часа, переходя от одного аквариума к другому и читая названия их обитателей.
Не океанариум, конечно, но не такой уж плохой способ провести время.
Потом Лондон немного поиграла со щенками кокер-спаниеля, которые резвились в вольере с невысокими бортиками. Малыши были очень милыми, но Лондон не стала просить о покупке одного из них, и я вздохнул с облегчением.
– Было здорово, папа, – сказала она, пока мы шли к машине и я нес под мышкой мешок с опилками и пакеты с кормом для хомяков.
– Я знал, что тебе понравится.
– Нам обязательно надо завести рыбок. Они такие красивые!
– Чистить аквариумы еще труднее, чем клетки для хомяков.
– Папа, ты справишься, я точно знаю.
– Может быть. Но не представляю, куда мы поставим аквариум.
– Можно поставить его на кухонный стол!
– Это мысль. А где мы будем есть?
– А есть будем на диване.
Я не сдержал улыбку. Как же мне нравилось болтать с дочерью!
По пути домой я заехал в супермаркет за ингредиентами для кесадильи с курятиной по рецепту, который дала мне Лиз.
Ужин готовила Лондон, я только следил за каждым ее шагом и нарезал курятину после того, как она обжарила ее. В остальном Лондон справилась практически самостоятельно. Приготовила курятину, разложила кусочки по лепешкам-тортильям, присыпала тертым сыром, свернула лепешки, а потом, по одной положив их в сковородку, подрумянила с обеих сторон.
Когда ужин был готов, она попросила меня накрыть на стол.