Впрочем, жизнь в семье директора тайных агентов оказывалась не такой уж простой. Я помнила каждую закладку и каждый пароль, потому что нас постоянно преследовали опасности. Сменяли страны как еду на обед, стараясь не задерживаться ни в одном месте длительное время. Теперь я оставляю за дверью прошлое и шагаю дальше по следам близких мне тайн....
– Странно только, что отец Сергий засомневался в твоих воспоминаниях и побежал проверять, на месте ли фотография. Нет бы порадоваться, что память к тебе возвращается.
Я ждала ответа Нила, но он молчал, глядя перед собой.
Пока я формулировала очередной вопрос, зазвонил мой мобильный. Ни номер, ни женский голос не были мне знакомы.
– У аппарата, – буркнула я, злясь, что позвонили в самый неподходящий момент.
– Это Анна Долгополова, – слегка растерявшись, сказала женщина, а я, занятая недавним разговором, не сразу поняла, кто это.
– Вы вернулись? – обрадовалась я.
– Нет, но я подумала, лучше вам позвонить. Мы с Яной в очень хороших отношениях, но по поводу этого ужасного несчастья мне сказать нечего. Вы ведь похитителя ищите?
– Да. Но спросить я хотела о Москаленко.
– О Максиме Ивановиче? – удивилась Анна.
– Он ведь брат первой жены Галактионова? Их с Сергеем Сергеевичем объединяло общее горе, а потом вдруг появилась Яна.
– Ой, что вы, Максим Иванович был очень рад за Галактионова, если вы об этом. Тот три года жену оплакивал. Он ее, конечно, очень любил, но надо ведь дальше жить. Максим Иванович при мне ему говорил: «Тебе надо свою жизнь устраивать». Это еще до знакомства с Яной.
– А как Яна к нему относилась?
– К Москаленко? Ну… может, немного побаивалась. Тем, кто его плохо знает, он кажется мужчиной суровым.
– И никогда никаких странностей вы не замечали?
– Странностей? Что вы имеете в виду?
– Ну… может, Москаленко или Яна как-то необычно себя вели или реагировали на какой-то поступок или слова друг друга?
– А вы знаете, было однажды, – вдруг заявила Анна.
– И что Москаленко?
– Ничего. Сказал, достойный подарок. А Яна вдруг занервничала, даже покраснела.
