Медлить нельзя ни минуты!
Наблюдая, как Дана укладывают на носилки и тащат к скорой, в упор смотрю на пожилую докторшу.
— Довезите его живым, — не прошу. Приказываю.
И не обращая внимания на ее возмущенный взгляд, бегу к своей машине. Жду, когда появится из проулка скорая, и сам пристраиваюсь сзади.
— Витя! — звоню я Торганову. — Срочно поднимай медицину на уши.
— В травме полно людей после пожара. Врачи не успевают. Что там у тебя случилось, Тима? — вздыхает он устало.
— Дана кто-то пришиб. Помощь нужна, — объясняю я, смаргивая слезы. — Сейчас в больницу везут. Подсуетись, бро.
— Ща все будет, Фей, — роняет в трубку Торганов и отключается.
А я, подъехав к воротам приемного отделения, прошу старика-охранника:
— А ты кто такой? — грубо интересуется старый хрыч.
— Мэр города. Давай пропускай.
Дед смотрит недоверчиво. Что-то сверяет в недрах памяти. А потом, улыбнувшись золотыми зубами, поспешно открывает ворота.
— Вы из-за пожара к нам?
— Конечно, — киваю я на автомате, замечая на пандусе хоровод скорых. В которой из них Богдан?
«Он не должен умереть!» — вытесняя другие, бьется в башке единственная мольба.
Последняя машина внезапно объезжает другие и становится около крыльца.
«Наверняка Торганов придал ускорение». — И во все глаза слежу за действиями санитаров, выгружающих Богдана из мрачного чрева скорой.
Беру в свои тяжелую безжизненную ладонь. И сам не верю в происходящее. Здоровый и сильный мужик в короткий миг превратился в беспомощную колоду. Интересно, по чьей злой прихоти?
Всех найду. Вопрос чести.
— Все будет хорошо, брат, — обещаю я другу и сам не верю ни одному своему слову.
— Столетов? — выходя на крыльцо, кивает на бездыханное тело пожилой доктор. — Заносите, — командует санитарам.
А когда я собираюсь войти следом, останавливает строгим взглядом.
— Мы сами справимся, Тима… Тимофей Сергеевич… то есть. Торганов звонил. Все под контролем.
— Дайте знать, если что-то понадобится…
На ватных ногах бреду к машине.
— Лера, — звоню я жене. Мне бы сейчас только голос услышать. — Не разбудил?
— Мы с Надей не спим. Я тебя жду, — тараторит она и сама себя обрывает на полуслове. — Все нормально, Тима? Пострадавшие есть…
— Богдан в реанимации, — выдыхаю я, стараясь справится с болью. — Кто-то на него напал на пожаре.
— А ты Ане сообщил? — тут же спрашивает Лера. И я даже сбиваюсь с шага от растерянности.
Аня? Ах да! Аркелиди! Я и забыл.
— Да зачем, — не понимаю я сразу. — Ночь на дворе. Нет смысла беспокоить.
