Кровь еще теплая на спине мужчины. На диване посреди комнаты находится тело человека — его одет в спортивные штаны, голова скрыта под белой накрашенной шапкой. Комната наполнена тяжелым воздухом и слегка насилием.
– Это Бушуев чего-то завелся. Хотя я его понимаю – изобличающих улик-то нет. Мотив есть, а улик нет. Так хоть признание будет."
"– Явка с повинной – царица доказательств? – кивнул адвокат на висевший в курилке потрет Дзержинского и надпись под ним «Если вы еще на свободе, то это не ваша заслуга, а наша недоработка!».
– Ага, она самая… – подтвердил Мельников. – Да и нечисто что-то в этом деле. Если бы он начал ее колотить, там вся квартира была вдребезги, а у нее вся рожа в синяках.
– То есть, ты думаешь – умышленное? – уточнил адвокат.
– Может и так… – задумчиво сказал Мельников. – Но уж больно удар хорош. Меня ведь как учили: если женщина убивает, тем более, которая натерпелась, то она будет резать покойника за всю свою загубленную жизнь. У женщины рука слабая, она берет не качеством, а количеством. Двадцать ударов ножом, а смертельный – один.
– Ну да… – подтвердил адвокат. – Знакомая картина. Так убивают женщины и подростки.
– А тут-то удар один! – торжественно, словно предъявляя главную улику, заявил Мельников.
– То есть, она кого-то прикрывает? – уточнил адвокат.
– Может, и прикрывает… – пыхнул сигареткой Мельников. – А может и правда так давно об этом думала, что нынче перемкнуло и сила в руке появилась. С другой стороны, сынок-то говорит (к этому времени Мишка уже был допрошен), что мамка резала овощи да закуску, а папка на нее в этот момент бросился и вот со всего маху на ножик и напоролся.
– Так может быть? – спросил адвокат.
– Ну а чего ж? – жиганисто пожал плечами Мельников. – Такая туша. Он сам с размаху наделся на лезвие – запросто. Но что интересно, на ножике, который Бушуев нашел на кухне, следы крови есть, а отпечатков пальцев – нет. Случайно или нет, а вытер кто-то, хватило у кого-то мозгов!
– То есть, явно не состояние аффекта? – уточнил адвокат.
– Может, и не состояние аффекта. А может и состояние… – пожал плечами Мельников. – Нынче человек столько смотрит криминала в фильмах, в новостях, в разных дурацких программах, что, думаю, уже любая старушка знает, что грабить надо идти в перчатках и в маске, и что после убийства надо вытереть орудие убийства. Про то, что сморкаться надо в платок, люди нынче не помнят, а вот про то, что надо с ножика отпечатки стереть – помнят.
– Это да… – засмеялся адвокат.
