Попытался выйти на неё, пробиться через барьер, который почувствовал сразу же. Нет, глухо. Увидел подъезжающий гелик. Глеб за рулем. Даже в глаза не смотрит. Да и хер с ним. Выбросил окурок, сел на заднее сиденье.
— Через сорок минут вылет, Александр Игоревич.
— Спасибо, Глеб. Есть что-нибудь выпить?
Достает из бардачка Tesseron XO. Алекс открывает бутылку и пьет из горла, жадными, громкими глотками.
— Александр Игоревич. Её нигде нет. До Ростова довели и всё, исчезла. На всех дорогах пусто, нет её, словно не было никогда. — тихо сказал Глеб, глядя на Алекса в зеркало заднего вида.
— Спасибо, Глеб. — задумчиво глядя в окно, сказал Алекс. — Передай всем отбой. Найти её теперь можно будет при условии, если она этого сама захочет, или если, что маловероятно, она сделает ошибку.
Каждое утро, обед и вечер он пытался выйти на неё. Глухо. Ксю, даже несмотря на то, что он сказал оставить эту затею, пыталась найти её следы в сети. Глухо. Единственное, что ему удалось узнать, что деньги с аукциона Катя перевела на Кайманы. А на что он рассчитывал? Его жена далеко не дура, ещё какая не дура! Это первое, что она сделала, чтобы замести следы.
Жена! Да, твою мать, жена! Что бы она там ни считала. Для него эта бумажка, которую переслал Лопырёв, была не больше, чем куском, чтобы подтереться.
Он пытался вывести её на эмоции и знал, что она его раскусит сразу же, но ничего не мог с этим поделать. У него начиналась ломка оттого, что она была не рядом. Сначала он рассчитывал на ночи, что она придет. Хрен вам на рыло! Глухо, как в танке! Ни разу! Даже его мозг не воспроизводил её в памяти. Он стал злым и нервным. В конце января, как сейчас вспомнил, это было двадцать шестое число. Раздался звонок. Троянов.
— Да? Слушаю, Евгений Михайлович. Отлично, да, конечно, буду, завтра прилечу. Понял. Спасибо.
Встал. Подошел к окну. Питер. Как на ладони. Офис в «Кукурузине» дорого-богато, но деваться некуда. Партнеры любят такие понты.
Троянов пригласил встретиться. Сейчас, по прошествии времени, Алекс вспомнил разговор в своём доме, когда он застал его с Ларкой в их спальне.
Как он тогда сказал: «… Бля, никогда такого не видел! Она отымела меня, когда ей было всего шестнадцать лет, опоив какой-то наркотой. И уже, считай, десять лет как шантажирует. Сняла всё на видеокамеру. Так что ты для меня только одолжение сделаешь, вышвырнув её как можно дальше.»
Ну что ж, теперь и Алекс знает, каково это — попасть в Ларкину паутину. Она разыграла ту же самую карту, заканифолив ему мозги фотографией Кати, находящейся под прицелом. В тот момент, уже уплывая в радужные мечты, единственное чувство, накрывшее его, был страх за её жизнь, парализующий его здравый смысл.
Достал сигарету, закурил. Облокотившись локтем о стену, пальцами поколачивает по губам.