Автор
Плача и изнемогая в гневе после приступа ужасного отчаяния, я снова и снова осматриваюсь вокруг, надеясь найти хоть какую-то веру в то, что это не сон. В моей голове кипит творение страха и отчаяния — кошка, которую я ненавижу, теперь принадлежит кому-то другому.
— То есть, я должен был доверить тебя долбанному Герману?! Герману, который мне в лицо сказал про мои рога?! — вспыхиваю я, отстраняясь от нее.
— Герман так сказал?.. — недоверчиво.
— Да!! А ты не пришла ночевать после этого!
— Черт… — проводит рукой по волосам. — Я у крестного была тогда. Окей. Мой косяк тоже был. Но… какого черта ты веришь кому-то, кроме меня?! Я что по-твоему мужика не в состоянии отшить?"
"В эмоциях переходим на повышенные тона и начинает жестикулировать.
— Так ты не отшивала его, Ян! Ты с ним умотала на конференцию свою дебильную после этого!
— Ну я же не знала!
— Что-то это оправдание в твою сторону не работает! Я же просто попросил тебя сразу прийти домой!
— Попросил?! — возмущенно открывает рот.
Я в мгновении от того, чтобы впиться в ее губы. Самый наш крутой секс всегда случался после маленьких эмоциональных скандалов. Мы всегда мирились именно так.
— Я, мля, просто был взведен, после того, как втащил ему! — развожу руками. — Это адреналин!
— Ты должен бы мне просто… сказать! Сказать, что он перешел границы!
— У мужчин это решается не так! А между собой! Я что — пожаловаться тебе должен был на дяденьку?! Да с хрена ли?! Спровоцировал — выхватил в морду.
— Ты просто мог бы сказать об этом конфликте, нет?
— Ты просто могла бы сказать, что беременна, нет?!
— Всё! — вскидывает она категорично руки.
С писком Алёнка летит из коридора в нашу сторону, догоняя газующего по половому покрытию Гавра.
Сурикат залетает под стол, Аленка по инерции врезается, хватась руками за столешницу. Стол съезжает с места. Качнувшись, ведро с подтаявшим льдом переворачивается прямо на грудь Кошкиной! Лед и вода попадая за низкий вырез свободно висящей футболки, скатываются внутри и снаружи прямо в пах Кошкиной.
— Аааа!.. — хрипло взвизгивает она. И истерично часто дышит, поднимая шокированный взгляд.
Аленка, распахнув глаза испуганно несётся обратно в зал. Гавр, испугавшись вопля Кошкиной и грохота ведра — за ней.
Трындец, зоопарк!
— Иди… иди сюда скорее!
Дергаю ее футболку вверх, стягивая с нее и оставляя в одних трусиках.
Стараюсь не отводить своих глаз от ее, и не жрать взглядом обнаженное тело.
— Все нормально? — слышу сзади голос Женьки.
