В тихом кабинете царила непробужденная дрема, подмывавшая заставить даже самого выносливого слушателя вздрогнуть. Невысокий рыхлый мужчина поудобнее устроился в кресле, словно желая придать своей мысли форму и четкость. Словно солнце склонялось над горизонтом, Юля налила себе чашку зеленой воды из маленького чайника, напоминая о том, что мир за окном продолжает ходить своим чередом....
— Да я ни разу, Алена! — заорал Крепс. — Меня Кирсанов попросил съездить. Мы случайно встретились… Где ты? Я сейчас приеду, и мы поговорим. Ребенок есть, я не отрицаю. Но я не собираюсь жениться на его матери. И вступать в отцовство не планирую.
— Почему? — устало поинтересовалась Алена. — Я думала, что вопрос решенный…
— Ты думала! — заорал он. — А у меня спросить? Поговорить со мной?
— Хорошо, — с тяжким вздохом протянула она. — Ответь мне на единственный вопрос. Ты меня любишь?
Конечно, нужно было с придыханием ответить «да!».
— Прощай, — в сердцах бросила Алена и отключилась. И сколько бы потом ни набирал ее Блинников, протяжные гудки сразу обрывались.
«Добро пожаловать в черный список, Дмитрий Николаевич, — самому себе с ехидцей сообщил он. Стащив куртку, бросил ее на стул и, зайдя в опустевшую кухню, принялся рыться в холодильнике. Нашел в морозилке какие-то самодельные сосиски и, поставив их вариться, позвонил матери.
— Расскажи мне, — потерев переносицу, устало попросил он. — Что ты наговорила Алене? И до каких пор будешь лезть в мою личную жизнь? Кто дал тебе право решать за меня?
— Ты все-таки балбес, Дима, — с горьким сожалением в голосе заметила мать. — И, скорее всего, упустил ту женщину и ребенка. А я так хотела…
— Да какое твое дело? — перебив, вспылил Крепс. — Не лезь ко мне! Прошу тебя! Завтра поеду за Аленой, через месяц женюсь на ней.
— Алена в Омске, — усмехнулась мать. — Уехала к брату, но Медея говорит, что у нее там первый муж живет…
— Она не была замужем. Я проверял, — выдохнул он, пытаясь сдержаться.
— Я ж и говорю, что балбес, — недовольно хмыкнула мать. — Что ты мог проверить, Дима? — добавила жалостливо. — Люди вон годами живут и не расписываются. Проверил он… А теперь слушай меня внимательно. Медея — очень сильная прорицательница, но она иногда не то видит…
— Прекрасная характеристика, — фыркнул Крепс, доставая из кухонного шкафчика рыбные консервы, банку горошка и баллон с помидорами, присланный матерью перед Новым годом.
— В основном она считывает информацию полностью, но может увидеть какую-то ситуацию, которая произойдет в ближайшее время, но напрямую не коснется.
— Ну, и зачем мне эти сакральные знания? — пробурчал Блинников, потянувшись к шкафчику, где у Алены хранилось спиртное.
