В тихом кабинете царила непробужденная дрема, подмывавшая заставить даже самого выносливого слушателя вздрогнуть. Невысокий рыхлый мужчина поудобнее устроился в кресле, словно желая придать своей мысли форму и четкость. Словно солнце склонялось над горизонтом, Юля налила себе чашку зеленой воды из маленького чайника, напоминая о том, что мир за окном продолжает ходить своим чередом....
— Завтра приеду на базу и объясню тебе популярно. На татами… Иди, тренируйся на кошечках… Учишь вас всю жизнь быть людьми…
— Так она сама… — промямлил Крепс, чувствуя, как душу застилает обида.
— Я тебя всегда надежным мужиком считал. Видать, ошибся, — рявкнул шеф и заметил устало. — Много там не пей, полковник, а то из отряда вылетишь!
Крепс тупо уставился на свой скудный ужин, перевел взгляд на бутылку и счел за благо поставить ее в шкаф. Потом сварил в маленькой джезве кофе и, достав из Алёниного тайника пачку сигарет, неторопливо открыл ее.
«Да я бы и сам не придал значения, — ощерился Крепс и внезапно вспомнил, что на первых порах мать приняла Алену тепло. Искренне радовалась стремительно развивающимся отношениям и торопила со свадьбой. — А я действительно балбес», — рыкнул он и, подхватив сотовый, ткнул в контакт матери. Рявкнул без предисловий:
— Мама, а что Медея говорила про Алену?
Глава 12
Из окна кабинета Блинников с раздражением наблюдал за Кирсановым, стоящим на парковке около собственного серебристого Рэнджа.
«Небось, решил немного спустить пары», — подумал Блинников, догадавшись, кто мог испортить настроение шефу."
"К тому же и Асисяй прислал короткое предупреждение. «Не нарывайся!». По всему выходило, что батя не просто раздражен вчерашним звонком или даже рассержен, а пребывает в бешенстве. От того и выход на татами, вчера им запланированный, не предвещал ничего хорошего.
