В темном зале улыбки вымирающих светофоров, где единственное тепло исходит от его холодной личной звезды, все сжимаются и дышат глубже. Одно слово может перевернуть весь мир — и не только один. Здесь каждое тихое вздох прорывает стены этого необычного оазиса спасения.
И находись они с Иридой в любом другом месте, кроме Батласа, Богдан бы аккуратно, но настойчиво пристроился к звезде сзади. Но они в чертовом Батласе, и у него не было уверенности, что где-нибудь в стене не существует тайника, и какой-нибудь ублюдочный извращенец не подсматривает за ними.
А свою звезду он никому показывать не собирался.
Собственник оскалил морду и выпустил когти. Пришлось его подавлять."
"Но запах Ириды сводил с ума. И чтобы хоть как-то усмирить сносящее голову желание, Богдан осторожными движениями перенёс Ириду на себя.
Вот так, девочка. На мне.
Он наслаждался её невесомостью. Хрупкостью. Совсем малышка.
Слушал её сонное посапывание и боялся пошевелиться, чтобы ненароком её не разбудить. Пусть спит. Событие последних дней были насыщенными, ей требовался отдых. Если бы обнаружилось, что она страдает бессонницей, он сам бы усыпил её, нажав на несколько точек на теле.
- Как ты себя чувствуешь? - она подняла голову с его груди и посмотрела прямо в глаза.
- Как заново родился, - он не справился с искушением и, поддев шаловливую прядку, намотал её себе на палец.
- Наверное, так и есть, - глаза Ириды стали серьезными, и девушка придирчиво принялась осматривать Богдана, отмечая, что после вчерашнего побоища не осталось ни следа, ни царапины, даже ранок от шипов не было видно. - У тебя сильная регенерация. Приобретенная?
- Да.
Холодные коготки страха коснулись спины Ириды.
- Ты так сильно пострадал, что тебе потребовалось переливание?
Что-то темное промелькнуло в глазах Богдана.
- Нет. Это долгая история. Как только мы прибудем на Латунию, я тебе её расскажу. Потерпишь?
Он спрашивал. Объяснял. Старался найти с ней общий язык. Не давил.
Ирида прикусила нижнюю губу, чтобы скрыть смущение. Неожиданно почувствовала, как глаза увлажняются, и предательские слезы вот-вот побегут по щекам.
- Да... конечно...
Она всё же не удержала эмоции в узде, и солоноватые капельки оросили грудь Богдана. Тот сразу напрягся, глаза потемнели, захват рук стал сильнее.
- Эй, звезда, ты что?..
