Ян смотрит на меня, лицо его бледное и решительное в этом темном зале. Вокруг хмурятся неопрятные лица друзей Азарина, их шутки и музыка лишь подчеркивают мою одиночество. Кажется, я один из последних, кто еще может понять суть этих сводных вечеринок — где смех вместо мудрых размышлений, а любовь уступает место жестокому веселью....
Ян приподнимает бровь. Выглядит это постановочно и комично.
— Это почему?
— Не почему. Я домой хочу. Ты обещал, — отстраняюсь.
Его пальцы наконец-то больше меня не касаются. Но кожа на подбородке все равно горит.
Я чуть не умерла, когда он дотронулся. В голове стразу кинолента воспоминаний. До тошноты ярких, будто все это между нами только вчера было.
Медленно начинаю задыхаться. Еще десять минут наедине с Гиршем, и точно с ума сойду.
К счастью, Ян встраивается в поток автомобилей. Ведет машину расслабленно, будто его вообще не трогает происходящее, зато я, как на иголках, места себе не могу найти, ерзаю и постоянно оттягиваю платье вниз, чтобы прикрыть колени.
Не раз уже заметила, что он на мои ноги пялится. Маньяк-озабочка!
Остаток пути мы молчим. Я смотрю в окно, и лишь иногда даю волю своим желаниям — мельком поглядываю на Яна. Он это чувствует, и каждый раз поворачивает голову в мою сторону. Приходится прятать взгляд и делать вид, что ему показалось.
Цирк какой-то. Ей-богу.
У дома ситуация достигает пика абсурда.
Наблюдаю за происходящим откуда-то со стороны.
Дрожу, убеждаю себя, что не стоит, но все равно вкладываю свою ладонь в его поданную руку. Но не дурочка ли?
К чему эти жесты галантности, когда в прошлом мы прекрасно станцевали на костях друг у друга.
Мы были глупые, слишком юные, слишком эмоциональные, и самое ужасное, упертые, как бараны. Оба.
— Обещай, что подумаешь над моим предложением.
Ян поглаживает тыльную сторону моей ладони большим пальцем. Все, что могу, это кивнуть, не издав ни звука.
Сердце ошалело скачет по груди. Я бледнею, а потом краснею от переизбытка чувств.
— Хорошо. Но обещай, что не будешь больше лезть в мои дела. Я разберусь сама, не маленькая уже.
— Обещаю.
Ян кивает. Смотрит на меня сверху вниз. Я на восьмисантиметровой шпильке, а все равно ощущаю себя рядом с ним малюсенькой.
— Не пригласишь? — Гирш оглядывается на дом, улыбается.
На улице уже смеркалось. Зажглись фонари.
Двор пуст. Только мы.
— С какой целью?
Ян пожимает плечами, и будто еще сильнее стискивает мою ладонь в своей.
— Уснуть сегодня не смогу, — звучит из его уст даже мило.
— Ты знал, что я там буду? С Шамаевым, в твоем кабинете, — перевожу тему.
— Нет. Это было неожиданно…
Меня удовлетворяет его ответ. Я ему верю. Хотя моя главная ошибка прошлого именно вера. Я слишком часто ему верила, даже тогда, когда не стоило.
