Новый день начинается, как и всегда, с утреннего вопля — из-за поломанной водопроводной трубы или грохота в кухне. Но у меня все еще хуже: завтрак приходит позже обычного, а дверь запираю я сама. Каждое мое утро начинается с неожиданных приступов Арианы, когда она забывает закрыть дверь на засов. В этот раз — из-за водопровода, который вновь вылил холодную чашку прямо на меня....
Но… сделал вид, что поражен, удивлен и, вообще, пытался убедить меня, что ничего и никогда не слышал о взаимодействии сердца Бирна с кем-либо из студентов или преподавателей когда-либо.
— Я верю королеве. — Я упрямо тряхнула головой. — Вряд ли она стала бы обманывать меня. Ещё и при всех. А она выглядела спокойной и… даже удовлетворенной.
— Мы и не говорим, что ее величество обманула, но все, что произошло утром на полигоне, слишком таинственно. Тем более, вам всем приказали молчать. А это значит… — Эмма сделала выразительную паузу.
Я искоса бросила на нее требовательный взгляд.
— Что⁈ — тихо воскликнула Мира.
— … что исчезновение Честона вместе с сердцем Бирна — это вопрос государственной важности. И я даже подозреваю, с чем он связан.
— С чем? — выдохнула испуганная Мира.
Но я тоже уже догадывалась, с чем, поэтому прозвучавшие далее слова Эммы не поразили меня. Наоборот, я поняла, что не только я и Эмма могли прийти к такому выводу. Скорее всего, именно поэтому его высочество из Кэрнии был так настойчив утром.
— Наш король из огненных драконов. Вирские тоже из огненных, они из его дальней родни. Предполагаю, что сердце Бирна признало в Ричарде сильнейшего сородича. Видимо… обретение истинной пары, а это так, можете не переубеждать меня, привело к тому, что дракон Честона… проснулся.
Последние слова Эмма почти прошептала. От неожиданного высказывания я резко остановилась. Подруги вместе со мной, а Эмма пытливо уставилась на меня.
"По выражению моего лица она поняла, что все так и есть. Мира же прикрыла узкой ладошкой приоткрывшийся рот.
— Но тогда… — прошептала она, — тогда… — и округлила в изумлении карие глаза.
— У Честона будет вторая ипостась, — тихо проговорила Эмма, наклоняясь к нам ближе, и лицо её стало очень серьезным. — Он обретет крылья и древнюю драконью магию. Плюс — у него есть истинная пара. Следовательно, по праву сильнейшего Ричард должен стать нашим королем.
— Он не хочет власти, — твердо проговорила я, чувствуя, что сердце подскочило к горлу и бьется там бешено и тревожно.
— А кто его будет спрашивать? — Эмма уставилась на меня с сочувствием и некой снисходительностью.
29.2
— Поверь дочери потомственного политика и члена Совета лордов Бирнаи, — тихо продолжила подруга. — Совет не предоставит Ричарду выбора. Потому что трон Бирнаи не может занимать слабый дракон.
