Новый день начинается, как и всегда, с утреннего вопля — из-за поломанной водопроводной трубы или грохота в кухне. Но у меня все еще хуже: завтрак приходит позже обычного, а дверь запираю я сама. Каждое мое утро начинается с неожиданных приступов Арианы, когда она забывает закрыть дверь на засов. В этот раз — из-за водопровода, который вновь вылил холодную чашку прямо на меня....
Простить меня? За что?
Все-таки высокородные, а Эмма была из них, заносчивые и чересчур гордые, считают, что мир крутится только вокруг них.
Я заставила себя посмотреть в глаза каждой из девушек, что стали свидетелями некрасивой сцены. К своему облегчению, из восьми лишь две смотрели на меня волком, остальные выглядели просто растерянными.
— Всем хорошего дня, — кивнула я и, наконец, вошла в Дом.
— Кимберли, поздравляю тебя! — раздалось несколько неуверенных голосов за спиной, а меня охватило сильнейшее раздражение.
Раньше Эмма Глостер никогда не кичилась своим высоким положением в обществе и древней родословной, вела себя сдержанно и с достоинством. Как и положено себя вести единственной дочери герцога Глостера и истинной леди.
Выходит, сейчас Эмма так сильно разозлилась и расстроилась, что совсем не смогла сдержать эмоции?
Скорее всего, наше нежное прощание с Ричардом и его жаркий поцелуй моей руки оказались для нее слишком шокирующей и неприятной сценой, раз она планировала стать герцогиней Вирской.
Я поднялась на четвёртый этаж Дома, прошла по длинному коридору и остановилась у белоснежной деревянной двери. Приложила руку к замку своей комнаты, в которой я проживала ещё с одной девушкой — своей лучшей подругой Мирой Эйн, и открыла с помощью магии Дома (лишь я и Мира могли открыть нашу дверь).
Джек с саквояжем молча ступал за мной по пятам и теперь замер в ожидании. Стало интересно, расскажет ли слуга хозяину то, чему недавно стал свидетелем?
К моему удивлению, Мира оказалась в комнате.
— Кимберли! Как я рада, что ты тоже решила приехать пораньше!
Карие глаза Миры мягко и радостно вспыхнули, девушка всплеснула руками, и толстая каштановая коса сделала кульбит с груди за спину.
Мира бросилась ко мне, её взгляд удивленно споткнулся о худощавую фигуру Джека. Парень же поставил мой саквояж у стены и низко поклонился.
— Я могу быть свободным, миледи?
— Можешь.
Когда за слугой Ричарда закрылась дверь, Мира сначала крепко обняла меня, затем отстранилась и принялась внимательно разглядывать. С самого первого курса подруга так встречала меня после долгой разлуки.
— И я рада тебе, Мира.
Я сдержала тяжелый вздох и с тревогой подумала, вдруг и Мира влюблена в Ричарда Честона? Возможно, что подруга делилась со мной и рассказывала о сердечной привязанности, а я просто не помню?
Я знала за собой этот недостаток.
