В холодном зале разливался дым от керосиновой лампы, где-то вдалеке прокатилась санями или зашуршала высохшая трава под копытом лошади. Алеся прижала колени к сердцу, словно пытаясь укрыться от мрачной атмосферы и собственного горя. Этот вечер мог быть обычным, если бы не одно «но»....
Ведь один раз ее уже попытались убить.
— Иными словами, ваше сиятельство, — Арктур прищурился. — Вам нужен свой человек в Арельсхолме?
— Да. И я хотел бы доверить это дело тебе, но есть одна загвоздка. Ты уже побывал там, в составе моей свиты. И тебя наверняка мог запомнить кто-то из слуг.
— Едва ли. — парень встряхнул головой. — Я же прибыл тогда ночью, и на рассвете уже уехал. Вряд ли кто-то успел меня разглядеть. К тому же, я вполне мог сопровождать вас в качестве конюха, взятого со стороны на один раз.
— То есть, берешься?
— Берусь.
— Однако тебя видели в моей компании. Поэтому самому графу Арельсу лучше не попадайся на глаза.
— Понятное дело. — хмыкнул Арктур. — Но благородные обычно не приглядываются к челяди, так что риск не так уж велик. Только вот Арельсхолм далеко, надолго отлучаться я не смогу…
Обсуждение затянулось до позднего вечера.
А Лайон найдет возможность их забирать. Лично, либо через доверенных лиц.
Существовал, правда, риск, что записки могут попасть не в те руки. Но в конце концов, и эту проблему удалось решить. Причем довольно изящно.
Шифр.
Однако не тот, где исковерканы все слова, а гораздо и гораздо более тонкий.
Сообщение должно быть в виде любовного письма. Предназначенного для некой крестьянки Глани, к которой Арктур якобы неравнодушен. Парень будет рассказывать про свое житье бытье, а потом интересоваться делами «зазнобы».
Например, не бьют ли ее дома? Не обижают? Или наоборот — одаривают ли заботой и берегут?
По этим вопросам Лайон и будет узнавать о состоянии дел. Арктура же идея развеселила.
— А ответы от своей «зазнобушки» я буду получать? Не то странная получится переписка — в одну сторону.
— Представь, что твоя «зазнобушка» не умеет писать. Ну или ты сразу сжигаешь полученные от нее записки, чтобы не поставить честную девицу в неловкое положение. — предложил Лайон. — Но если будет что-то важное, то разумеется, я сообщу.
— Пусть она мне хоть платочек какой-нибудь передаст. Чтобы я мог похвастаться перед другими конюхами. — фыркнул парень. — Тогда никто не усомнится в моей истории.
Лайон на секунду задумался, потом кивнул.
