В его руках сияющая печать подчинения. Он живой — и это тревожит больше всего. Слабость в теле, голова кружится, а сердце бьется на пределе. Кто из этих мерзавцев посмел ставить такую силу на него? Ответы на эти вопросы не за горами...
Чувства нахлынули с такой силой, что перехватило дыхание. Я отчётливо вспомнил её улыбку, её голос, её тепло, которое когда-то согревало меня в самые тёмные часы.
Настроение моё заметно улучшилось. Когда родственники проснулись, я встретил их доброй и искренней улыбкой. Правда, Иван-младший от такого зрелища почему-то поёжился.
В вагоне-ресторане, куда мы отправились выпить утреннего чая, атмосфера была иная, не та, что вечером. Князь и его сын тоже почувствовали что-то необычное — они переговаривались шёпотом, поглядывая в окна.
— Это место… оно особенное, — заметил княжич Сергей, помешивая сахар в чашке. — Здесь даже воздух другой. Сколько бы раз я ни приезжал в Святую Русь, всё не могу привыкнуть.
Я молча кивнул, продолжая ощущать присутствие Мирославы. Её энергия словно обнимала меня, даря силы и уверенность. В груди разливалось тепло, а в голове звучал её голос, такой знакомый и родной…
Но это лишь с одной стороны!
На самом деле ощущения были весьма противоречивые, ведь в то же время я чувствовал, что энергия этого места изучает меня.
После утреннего чаепития я решил навестить своих соратников.
— Чувствуете? — спросил я, входя в купе.
— Да, — ответил Дир, не сводя глаз с окна. — Здесь всегда так. До конца не понятно, что именно происходит. Нам здесь явно не рады. Но мы научились скрываться.
Я внимательно «ощупал» их энергию. Вся пятёрка будто бы «размазывала» своё энергетическое присутствие, пытаясь как можно дальше спрятать стихию смерти от окружающего мира.
Делать так же я не стал.
— Мы на Святой Руси, — тихо произнесла Беляна. — Здесь всё возможно, Кощей. И ты должен быть готов ко всему.
Она повернула в мою сторону свой белый капюшон.
— Не факт, что мы переживём твою потерю второй раз, — добавила Беляна ровным тоном.
— В этот раз всё будет иначе, — в тон ей ответил я.
Чем ближе поезд подъезжал к Столице, тем отчётливее и противоречивее я ощущал местную энергию и Мирославу.
На самом деле он просто вышел из леса, где мы его учили быть могучим воином и сильным друидом.
Мы защищали людей от монстров. Становились сильнее ради них и самих себя.
