В его руках сияющая печать подчинения. Он живой — и это тревожит больше всего. Слабость в теле, голова кружится, а сердце бьется на пределе. Кто из этих мерзавцев посмел ставить такую силу на него? Ответы на эти вопросы не за горами...
Вдруг тогда её деверь совсем с ума сойдёт и попробует более прямой способ устранения помехи на пути к власти?
Всё-таки покушение с использованием вырвавшихся из-под земли диких монстров довольно изощрённое и в обычной ситуации не оставляет улик.
Всё прошло бы как по маслу.
Если бы не я.
И не артефакт, который создал некто со знакомым мне почерком.
— Вадим, расскажи всё о защитном артефакте, который ты использовал, — твёрдо произнёс я.
— Слушаюсь, Хозяин, — ответил он и достал из кармана зеленоватый угловатый камешек с порами, как у пчелиных сот.
Камень был треснут пополам.
Одноразовый.
Я взял его в руки и попытался считать остаточный узор."
"Бесполезно — в артефакте ничего не осталось. Всё, что у меня есть в энергетическом плане по этому вопросу, так лишь запомненный мной узор, который был на защитном кристалле после использования Вадимом артефакта.
Ну и сами слова Вадима.
Мой новый слуга сообщил мне, что тайно получил этот артефакт с незамысловатым названием «Последний Защитник» от предыдущего главы рода Нестеровых.
Поэтому Вадим использовал артефакт, чтобы защитить только молодого главу и его мать. Остальные люди, которых притащили крысы матриарху, остались «за бортом». Вадим сокрушался, что если бы во время нападения он сразу был рядом с графиней и молодым графом, активировал бы артефакт ещё в особняке. Но он встретился с ними, только когда пришёл в сознание под землёй в логове матриарха.
Выслушав доклад, я твёрдо сказал:
— Мне нужна вся информация о том, где предыдущий глава взял этот артефакт. Это очень важно.
— Я постараюсь, Хозяин… — кивнул он. — Но я…
— Я помогу ему, Константин, — решительно заявила Нестерова. — Как только вернёмся в дом. Может быть, найду что-то в записях своего покойного мужа. Мне кажется, что-то подобное я там встречала.
От её слов я почувствовал тепло на душе.
Что это? Странное чувство.
А ещё мне очень нравится думать, что я могу встретиться с кем-то из своих соратников. Я ведь…
Я ведь не хотел, чтобы они сражались с дружиной Святой Девы. Да, я оставил в Твердыне и вокруг неё на Проклятых Землях тех, кто утратил свою личность. Скелетов и умертвий, не способных жить самостоятельно. Тех, кто служил мне и оберегал мой дом.
