Поднялась с кровати и наконец-то забрала свой телефон и рюкзак.
— Извините, что всё так.
— Не стоит винить себя, — успокаивающе ответил он.
Я вздохнула и с грустью посмотрела на мужчину.
— В понедельник не смогу быть на практике, а я мечтала увидеть ваш офис. Всё из-за волейбола, — устало прошептала я. — Знаете, если договориться с тренером сложно, то мы с Ваней откажемся от соревнований.
— Лилия Николаевна, вы же хорошо меня слышали. Я решу этот вопрос, — твердо проговорил он. — Насчет практики не волнуйтесь, она ещё будет. В офисе вас ожидает большой проект.
Я засияла, как новогодняя ёлка. Это была моя мечта — побывать в Орион туре, проникнуться их атмосферой, культурой, познакомиться с людьми. Сам исполнительный директор пригласил нас и будет следить за успехами. Я чувствовала себя избранной!
— Не спешите радоваться. Проект будет сложным, — заявил он.
Возможно сотрясение повлияло на восприятие, но его предупреждение лишь умножило моё ликование. Я очень хотела приступить к работе!
Мы перекинулись ещё несколькими фразами, он пожелал скорейшего выздоровления и покинул меня. Я легла на кровать и намеревалась позвонить Ане и Тимофею. Однако глаза стали наливаться тяжестью, слипаться. Я закрыла их, оказавшись в приятной темноте.
Очнулась уже ранним утром. Сонно потянувшись, взяла телефон и увидела сообщение от подруги:
«Бейби, зачем ты соблазняешь Рахманова?! Вас видели вместе обнимающихся! Какого черта? Что у тебя за план?!».
Господи! Я так и знала, что кто-то заметит нас. Точнее, не нас! Нет. Отдельно — я, отдельно — Марат Ильясович.
Про какой момент упоминала Аня: когда он подхватил меня на лестнице или когда он тащил меня на руках?
А может, когда я без стеснения прижималась к его груди…
Почему она сразу навела панику? Она же знала, что у меня есть парень, и мне другой не нужен.
Следовало её успокоить. Я вновь перечитала нелепые вопросы и заметила, что подруга отправила это вчера. А тогда мой телефон был у него в кармане.
Значит, преподаватель мог увидеть сообщение на экране и решить, что я флиртую с ним?!
Только не это! Какой позор.
В палате заметила ещё одну дверь. Это оказалась душевая, в которой меня ждали тапочки, пижама, гигиенические принадлежности и даже зубная щетка с пастой. Разве такое есть в больницах? Или это Арсений Григорьевич позаботился?
Освежившись, я переоделась и отправила ещё два сообщения: нежное Тимофею и легкое, успокаивающее маме.
Когда прошлась по этажу, то встретила лишь дежурного врача и медсестру.
