В темных закоулках города раздается тихий телефонный звонок, и в ответ на вопрос о том, что случилось, слышится ужасная новость: Труфилов был найден. Следующие показания могут изменить все. Ночь становится не просто холоднее, но и опаснее для этого человека.
— Тот, кто сумел просчитать мои действия, — ответил Дронго, — тот самый неизвестный, о котором я вам говорил.
Заметив, что телохранитель приходит в себя, Дронго протянул ему руку, помогая подняться.
— Ты уж меня извини, я не хотел причинять тебе вред. Я твой должник.
Телохранитель растерянно посмотрел на Романенко.
— Он уже с тобой рассчитался, — сурово сказал Всеволод Борисович, — спас тебе жизнь. Теперь вы в расчете.
Телохранитель никак не мог прийти в себя и ошалело смотрел на незнакомцев.
— Ваши документы? — обратился он к Романенко.
— Пожалуйста. — Тот достал удостоверение. — Кажется, мы вас опередили.
Москва. 12 мая
Они поехали к Романенко домой, и пришлось объяснять его жене и дочери, почему они в таком виде. Правду, разумеется, скрыли, сказали, что ездили на строительство нового дома. То же самое произошло на квартире Дронго. Семья Вейдеманиса ждала сообщений из больницы.
Романенко объявил женщинам, что вечером их перевезут в санаторий ФСБ, где будут постоянно дежурить сотрудники контрразведки. Прежде чем уйти, он как бы невзначай сказал Галине:
— Я связался с твоим начальством. Ты остаешься в моей группе, завтра выходишь на работу.
Она кивнула, слегка покраснев, но ничего не сказала. Вместе с Романенко Дронго отправился в прокуратуру. По дороге позвонил Зиновию Михайловичу.
— Что-нибудь узнали?
— Нет. Пока невозможно его вычислить, тем более что он подключался через спутник. Судя по переданному сообщению, человек он опытный. Или же на него работает классный специалист.
— Два часа назад он снова вышел на связь в одном кафе, — сказал Дронго, — я вам продиктую адрес, проверьте и его.
— У вас появился помощник? — поинтересовался Романенко.
— Для обработки информации я иногда пользуюсь услугами специалистов.
В это самое время в немецком суде был объявлен перерыв, и Рогов успел поговорить и с Романенко и с Дронго.
— В выдаче Чиряева Москве отказано, — закончив разговор, заявил Дронго, — таким образом, наша операция вступает в завершающую стадию. Сейчас поедем к вам и попробуем определиться.
В кабинете у Романенко он взял лист бумаги, жирной чертой разделил пополам.
