В темных закоулках города раздается тихий телефонный звонок, и в ответ на вопрос о том, что случилось, слышится ужасная новость: Труфилов был найден. Следующие показания могут изменить все. Ночь становится не просто холоднее, но и опаснее для этого человека.
— Ничего особенного, — возразил Дронго, — только приехал вместе с тобой в Москву и уговорил согласиться на операцию. Вот и все. Остальное сделал ты сам.
— Они знают, что ты сделал, — с трудом повторил он, — знают, что ты спас Илзе, что помог мне… — он закашлялся. Дронго покачал головой. «Он совсем слаб, а я его утомляю», — подумал Дронго. Пора уходить.
— Мама, вы можете оставить нас одних? На минутку, — неожиданно попросил Эдгар.
— Разумеется. — Бросив взгляд на сына, мать взяла за руку внучку, и они вышли из палаты.
— Спасибо тебе, — произнес он, закрыв глаза, — ты подарил нашей семье надежду.
— Друг мой, — с заметным волнением ответил Дронго, — мы с тобой больше чем братья. У нас столько общего. Мы потеряли страну, в которую верили, которую полюбили. Потеряли друзей, которые нас предали. Потеряли любимых женщин. Мы с тобой одинаковые, Эдгар. Может, тебе повезло больше. Ты заболел, и твоя боль выплеснулась наружу. А моя сидит где-то глубоко внутри. Для своих стран мы почти предатели, для России всего лишь представители этих стран, непонятно зачем очутившиеся в Москве.
— Ты не умеешь утешать, — усмехнулся Вейдеманис, открыв глаза.
— Не умею, — кивнул Дронго, — знаю, ты неверующий. Но если Бог все-таки существует, надеюсь, завтра он спасет тебя. В награду за все твои мучения. За все страдания, Эдгар. Уверен, существует некая мировая гармония.
— Спасибо тебе за Илзе, и вот о чем хочу тебя попросить… Если со мной что-нибудь случится, не оставляй их. Они совсем одни. В Риге живет моя сестра. Если они захотят туда перебраться, помоги им. У нас сейчас две квартиры в Москве, одну я недавно купил на последние деньги, там пока даже мебели нет. За две квартиры можно получить солидную сумму… Помоги им.
— Обещаю. — У Дронго задрожали губы, и он отвернулся.
— Спасибо. Ты удивительный человек, Дронго, никогда в жизни не встречал такого, и не потому, что ты мыслишь как хороший компьютер. В тебе есть качества, которые я всегда ценил в людях. Цельность, вера в себя, вера в свои идеалы. Ты один из немногих, кто не оплевывает свое прошлое… Может быть, поэтому…
— Тебе нельзя много разговаривать, — сказал Дронго.
— Можно, мне сейчас все можно, — махнул рукой Вейдеманис, — если завтра все пройдет хорошо, я буду жить.
