Я отключаюсь, пока Крю и Артур обсуждают дела. Оливер появляется, когда подают ужин, и занимает одно из двух свободных мест. Он игнорирует Кэндис и присоединяется к обсуждению какого-то инвестора. Я ковыряюсь в своей еде. Я хочу есть, но не то, что лежит у меня на тарелке. Стейк выглядит сырым, а картофель слишком прожаренный.
— Ты не голодна? — спрашивает меня Крю, когда его отец отвлекается на сотрудника музея, который спрашивает его о какой-то логистике.
— Ты хочешь уйти? Мы можем уйти, если...
По какой-то причине от этого предложения у меня на глазах наворачиваются слезы. Что, вероятно, связанно с гормонами. Я знаю, что Крю видит это, поскольку его глаза расширяются.
— Нет. Мы должны остаться. Я просто... мне нужно в уборную. Я скоро вернусь.
— Хорошо, — Крю звучит неуверенно, но его отец снова что-то спрашивает у него. Он отвлекается.
Я снова надеваю туфли и направляюсь к туалету, следуя указателям. Я иду прямо в одну из кабинок и прислоняюсь спиной к кафельной стене, наслаждаясь ощущением холодного камня на своей коже. Глубокие вдохи немного помогают справиться с тошнотой.
Всю ночь я играла роль «плюс один» для Крю. Никого здесь не интересует мое мнение о «Кенсингтон Кансалдид». Я никому из них ничего не должна. Но я хочу поддержать Крю, как это сделал он, когда поддержал меня с моим отцом или когда спрашивал о моих встречах и выслушивал мои ответы. Ради него я могу вытерпеть ночь скучных разговоров и еды по завышенным ценам.
Я делаю свои дела, а затем покидаю кабинку, чтобы вымыть руки. Намыливаю их, когда открывается дверь туалета, и входит Ханна Гарнер. На ней темно-синее платье, которое оттеняет ее загар и каскад светлых кудрей. Я никогда не требовала от Крю подробностей об их прошлом. Честно говоря, я не хочу их знать. Но это ставит меня в невыгодное положение, которое Ханна намерена использовать.
— Скарлетт. Какой сюрприз.
— Что здесь удивительного? — я споласкиваю руки и закрываю кран. — То, что я умываю руки, или то, что я здесь поддерживаю своего мужа?
Она хихикает, и это звучит злобно.
— Твоего мужа? Он не принадлежит тебе. Его заставили жениться на тебе. Совершенно очевидно, что ты ему даже не нравишься.
— Ты ничего не знаешь о моем браке.
— Я знаю больше, чем ты думаешь. Я знаю, что Крю не едет домой после работы, — она делает шаг ближе. Ее каблук стучит по полу, как предупредительный выстрел. — Хочешь знать, откуда я это знаю?
— Он расстался с тобой, — я повторяю то, что он мне сказал.