В плененных бараках и захолустных узлах мир катился к своему безмолвному земляном могиле. Я сидела на холодной койке, прижимаясь к стене, как отброшенная детеныш среди трепаков. Память не желала помнить точный возраст — пять лет? меньше?.. Взглянув в глаза отцу, тот был словно живым демоном: постоянно хмурый, но холодным взглядом давил тьму и страх....
Нахально улыбнулась и припечатала:
- Поговаривают, будто Медведь нам еще в детстве датчики вживил. И слышит все, о чем мы говорим.
- Лишь бы не слышал, о чем думаем, - фыркнул Дылда. - Я, помнится, на прошлом задании ему такого нажелал - мама не горюй!..
Продолжая «колдовать» над поисковиком, Чистюля погрозил нам кулаком.
- Не болтайте лишнего, и без того забот хватает.
- А че, если Фартовая права? - возразил Малыш. - С Медведя станется.
Чистюля окинул нас недовольным взглядом и заявил:
- На болтовню потянуло? Значит, отдохнули.
Он поднял с земли рюкзак и ткнул им в меня:
- Теперь ты понесешь.
- Так точно, - без особого энтузиазма выдала я.
Вот кто меня вечно за язык тянет? Сидела бы себе молча - глядишь, и очередь пропустила. Теперь неси снаряжение до следующего привала.
С досады ткнула локтем Бобра.
- Че?.. - взвился тот.
- Ты всегда меня провоцируешь, - буркнула я.
Чистюля развернулся в заданном поисковиком направлении и бойко припустил вперед. Нам ничего не оставалось, как последовать за ним.
Идти с ношей за плечами стало еще тяжелее. Но жаловаться нельзя - засмеют. Это я уяснила еще в детстве. Если ты девчонка, значит должна быть вдвое сильнее, быстрее, выносливее. Один каприз, и тебя перестанут воспринимать всерьез.
Погруженная в невеселые размышления, не сразу заметила, что с впередиидущим Дылдой не все ладно. Вначале он стал натужно дышать и покачиваться из стороны в сторону. А потом вдруг принялся что-то выкрикивать и размахивать руками.
Толкнула его в спину.
- Ты чего?
Дылда не обратил на мой жест внимания. Потом вдруг подпрыгнул на месте и зарычал на неведомого противника.
Чистюля обернулся. Присмотрелся к подчиненному.
- Мошкара объявилась?
Дылда вновь не среагировал. Теперь его движения походили на танец аборигенов, виденных нами на одном из заданий. Наш друг ритмично, будто в такт музыке, двигал плечами и притопывал. Голова его моталась в разные стороны, как подпиленная.
Жестом Чистюля приказал Малышу и Бобру окружить напарника.
Как только ребята подобрались к «плясуну» ближе, Дылду словно подменили. Он широко расставил ноги и согнул колени. Выставил вперед кулаки. Рявкнул. Голос его перестал походить на человеческий.
Я осветила фонариком его лицо. И едва не вскрикнула. Из уголка рта Дылды сочилась пена. Глаза налились кровью, зрачки расширились.
Мы вчетвером навалились на обезумевшего приятеля. Тот сипел и дрыгал ногами.
- Фартовая, доставай детоксин! - приказал Чистюля.
