В плененных бараках и захолустных узлах мир катился к своему безмолвному земляном могиле. Я сидела на холодной койке, прижимаясь к стене, как отброшенная детеныш среди трепаков. Память не желала помнить точный возраст — пять лет? меньше?.. Взглянув в глаза отцу, тот был словно живым демоном: постоянно хмурый, но холодным взглядом давил тьму и страх....
что они вообще такое?
Он поднялся, чтобы ближе рассмотреть животное. Коснулся пальцем мягкой шкуры, принюхался.
- Я представлял их другими - крылатыми. А на таком не то что взлететь, прокатиться не сможешь. Вот скажи, как они летали?
Я пожала плечами и вздохнула.
- Не знаю. Мне ни разу не довелось летать.
Малыш кашлянул в кулак и прищурился.
- Не знаешь иль не помнишь?
Я задумалась над вопросом. Встреча с любимцем восстановила в моей памяти ту трагическую картину. Недостающие части пазла встали на место, и затуманенное сознание вернуло мне детство.
- Помню, как мы с отцом пасли любимцев, - начала я, - как чистили загоны и таскали воду из колодцев. Перед моими глазами мелькают давно забытые лица друзей и родственников. Но как летать... нет, не знаю. Я родилась на Граните, и при мне никто из членов клана не покидал орбиты. Ни на корабле, ни на животных.
Устав пялиться на моего любимца, Малыш размял шею и потер глаза.
- А тех, кто напал? - осторожно поинтересовался он, - Их-то ты помнишь.
- Они все были в масках и плотных черных скафандрах.
Я не удержалась, чмокнула любимца в хоботок. Он встревоженно вскрикнул, обхватил меня передними лапами и потянул к себе.
- Эй! - взревел Малыш. - Поосторожнее, он же тебя расплющит.
Я уперлась ладонями в грудь животного и осторожно отстранилась. Любимец разочарованно вякнул, но не сбежал.
"Сердце мое словно разделилось надвое. Первая половина требовала немедленно отправиться на поиски Дэва. А вторая приказывала разыскать других животных и обеспечить их безопасность. Я как последний представитель клана Погонщиков обязана позаботиться об уцелевших особях.
Малыш точно уловил мои мысли. Кивком головы указал в ту сторону, где находился корабль, и объявил:
- Лети. Не волнуйся, я позабочусь о новом пополнении. И поищу других животных.
Я вытянула шею и взглянула ему в глаза.
- Я твоя вечная должница, - эти слова дались мне с трудом.
Внезапно пересохшее горло мешало говорить, а нижняя губа предательски подрагивала. Малыш прав, я стала слишком сентиментальной.
Расставание далось мне тяжело. Но радость от встречи с теми, кого я считала погибшими, ободряла.
