В плененных бараках и захолустных узлах мир катился к своему безмолвному земляном могиле. Я сидела на холодной койке, прижимаясь к стене, как отброшенная детеныш среди трепаков. Память не желала помнить точный возраст — пять лет? меньше?.. Взглянув в глаза отцу, тот был словно живым демоном: постоянно хмурый, но холодным взглядом давил тьму и страх....
Я на Земле волчью ягоду жрал - как вишь, не сдох. И Дылда вон - поплясал немного и отошел.
Чистюля мотнул башкой и криво усмехнулся.
- Не знал, что вы все мечтаете от меня избавиться.
- А че это избавиться?.. - живо возразил Бобер. - Может, Медведь нас всех в элиту возьмет?
Словно почувствовав себя избранным, он выпятил грудь и подобрался. Не удержался и шумно сморкнулся, зажав пальцем одну ноздрю.
Малыш скорчился от смеха.
- Вот прямо представляю тебя личным телохранителем Императора. Идешь себе такой по ковровой дорожке и тут - бах, козявка залипла.
Как известно, смех продлевает жизнь и настраивает на позитив. Отголоски горилльей драки больше не отвлекали нас от дела, и будущее рисовалась в радужных полутонах.
Чистюля, все еще чувствуя за собой вину, сцопал рюкзак и закинул его себе за плечи.
- Выдвигаемся! - объявил он. - «Жертвы» почти не сдвинулись с точки высадки.
- Может, поисковик барахлит? - мгновенно посерьезнел Малыш. - Иль элитчики затаились - ждут, пока гориллы придремлют?
- Доберемся до места, там и выясним, - сухо отозвался командир.
- Ага, - послушно кивнула я и шагнула вслед за Чистюлей.
Глава 3
До места посадки элитчиков добрались без потерь. Раскисшие в окрестных топях берцы, исцарапанные лица и взвинченные нервы в счет не шли.
Одно радовало: рассвело. Яркое солнце Ганона окрасило джунгли в кроваво-красный цвет. Непривычное освещение раздражало слизистые глаз, но позволило шагать бойчее.
Судя по отголоскам, победители недавней схватки обожрались заветных ягод и вернулись в стойбище.
Гориллы избрали пристанищем заброшенную людьми базу. Гиганты оказались на редкость хитрыми и изворотливыми тварями. «По ягоды» ходили не всей стаей, а отдельными группами. И пока одни «бражничали», другие охраняли территорию и потомство.
Я честно попыталась пересчитать горилл по головам, но на второй сотне сдалась.
С отвесного обрыва прекрасно обозревались окрестности. Жизнь в оставленной людьми колонии кипела, как горячий источник Сораны. Плодовитые самки носились за непоседливыми детенышами, седые гориллы грели на солнце по-старчески костлявые туши. Молодые самцы мерялись силой.
