Я смотрю на необычную угрозу — серо-голубую акулу с тонким и гибким телом, размер которой сложно оценить. Акула скользит в воде так медленно и ритмично, будто выполняет самое простое из всех упражнений — словно она знает, что больше не имеет времени на свои маневры.
Просите у любого француза, и он, не задумываясь, ответит, на сколько ливров (франков, фунтов стерлингов, долларов…) потянула его ссора с соседом или прошедшая мимо девушка, а уж про свой последний оргазм сообщат с точностью до денье.
— Я слышал, вы захватили много призов, — вяло произнес Анн-Илларион де Костентин.
— Я слышал, вы в позапрошлом году неплохо всыпали англичанам, — так же вяло промямлил я.
Адмирал посмотрел на меня так, будто решал, являются ли мои слова комплиментом или пора наорать на меня? А потом засмеялся искренне, показав желтоватые зубы с изрядным просветом справа в верхней челюсти.
Слуга словно ждал реакцию господина, чтобы сделать правильный выбор. Услышав смех, он принес и поставил передо мной золотой бокал со скривившимися солнцами и налил белого вина из золотого кувшина емкостью литра два. Вино было кислое, но не местное, с интересным послевкусием.
— Меня предупреждали, что у вас своеобразная манера шутить, — улыбаясь, сообщил адмирал де Турвиль.
— Каждый замечает в нас то, что не досталось ему, — поделился я жизненным наблюдением.
— А что вы заметили во мне? — с нескрываемым любопытством спросил он и посмотрел настороженно.
— Умение быстро вызывать симпатию у незнакомого человека, — не покривив душой, ответил я.
Судя по смягчившемуся лицу адмирала, лизнул я ловко."
"— Что ж, тогда не буду начинать издалека, — начал серьезным тоном Анн-Илларион де Турвиль. — У меня есть приказ короля включать в свой флот любой корабль, какой сочту нужным. Ваш по боевой мощи почти не уступает линейному кораблю.
— Вы собираетесь напасть на вдвое больший флот? — задал я уточняющий вопрос.
— Наш король собираемся высадить двадцатитысячный десант в Англии, а я обязан не позволить флоту противника помешать этому, — сказал адмирал.
Это было так похоже на англичан, что я поверил.
— Думаю, высадка десанта займет самое большее месяц, после чего я отпущу вас, — пообещал граф де Турвиль.
