Автор
В Формуле одиночества Марина погружается в ночной мираж - бескрайнее море, захватывающее жаром и чуждым спокойствием. Плавание по белому песку под лазурным небесным сводом привносит острое ощущение разлуки, когда каждое движение кажется последним. Тихие облака не могут утешить от жары и одиночества, заставляя думать: где-то в голове должна была бы быть мысль о кондиционере......
И зачем он тогда позвонил ей? Не было бы этого звонка, не было бы и Лии в его номере – паршивой, своенравной девки, которая сделала все для того, чтобы испортить ему жизнь.
Он скрипнул зубами. Там, в ближневосточном аду, Марина вспоминалась ему отстраненно, как нечто далекое, нереальное, как красивый воздушный шарик, улетевший в небеса. Было и больно, и обидно, и все-таки работа помогала ему забыться. Но здесь, в уютной московской квартире, за окном которой разгоралось раннее летнее утро, горечь потери чувствовалась во сто крат сильнее.
Ему нестерпимо захотелось выпить. Арсен направился в гостиную, открыл бар... К счастью, здесь нашелся хороший коньяк. Он достал бутылку, но не успел ее откупорить, потому что открылась входная дверь. И он разобрал два голоса: мужской и девичий. Молодые люди вошли в прихожую, оживленно о чем-то болтая. И тут девушка ойкнула, но ее перекрыл ликующий возглас: «Батя вернулся!»
Иван ворвался в гостиную, сгреб отца в охапку и восторженно произнес:
– Маняша, знакомься! Это мой батяня собственной персоной!
За его спиной Арсен разглядел уже знакомую ему по фотографии дивчину.
– Ты, негодяй. – Арсен шутливо ткнул сына кулаком в бок. – Что за самодеятельность? Не мог отца известить, что жениться собрался?
– А ты откуда... – начал было Иван, но, не закончив фразу, махнул рукой: – Прости, забыл, что у тебя нюх как у Мухтара.
– Не нюх, а взгляд как алмаз. Впрочем, вещдоки надо прятать. А у вас в прихожей все напоказ.
– Знали бы, что ты вернешься, непременно бы спрятали, – ухмыльнулся Иван.
– Поздравляю. – Арсен обнял девочку. – Вы попали в сумасшедшую семейку. Здесь все полоумные. И я в том числе.
– Насчет полоумных вы явно загнули, – засмеялась Маша. Похоже, она перестала тушеваться. – А вы смахиваете сейчас на пирата или на испанского конкистадора.
– Есть доля правды в твоих словах, Машенька.
