Автор
В Формуле одиночества Марина погружается в ночной мираж - бескрайнее море, захватывающее жаром и чуждым спокойствием. Плавание по белому песку под лазурным небесным сводом привносит острое ощущение разлуки, когда каждое движение кажется последним. Тихие облака не могут утешить от жары и одиночества, заставляя думать: где-то в голове должна была бы быть мысль о кондиционере......
Ты и вправду знаком с Мариной Аркадьевной? – осторожно справился Иван.
– Знаком! Еще как знаком! – улыбнулся Арсен, чувствуя, как кровь быстрее побежала по жилам, и он вновь почувствовал себя молодым, энергичным, полным жизненных сил.
– Откуда?
– Оттуда! – еще веселее ответил Арсен. – Так вам все и расскажи.
За окном «Форда» мелькали рощицы и перелески, березовые колки и заросшие ромашкой поляны, деревеньки и села, затянутые тиной пруды и утонувшие в камышах мелкие озера. Иногда дорога взбегала на холм, и тогда являлись взору бескрайние, начинавшие кое-где желтеть поля, окаймленные на горизонте синей полоской глухих лесов.
– Долго еще? – нетерпеливо спросил Арсен, чувствуя, что уже изнемогает от нетерпения и от боязни, что Марина Аркадьевна Фролова окажется совсем не той Мариной, которую он любил до сумасшествия. Умом он, конечно, понимал, что слишком много совпадений. И голос, и песня... Непритязательная песенка, которая возродила его душу. Но сердце уже ныло от радостных предчувствий.
Внезапно дорога раздвоилась, и Арсен заметил указатель «Ясенки».
– Почти приехали! – покосился на него Иван.
Арсен и сам заметил прекрасный двухэтажный особняк с колоннами. Дом возвышался на холме в окружении берез и могучих сосен. За деревьями угадывались многочисленные строения. А над лесом взметнулась вверх трехглавая церковь с высокой звонницей.
– Село дальше, – коротко бросил Иван. – Здесь к усадьбе можно незаметно прокрасться.
«Форд» въехал на холм, и Арсен выскочил из машины, не дождавшись, когда Иван заглушит мотор. Направляясь к калитке, он пытался заглянуть через забор. Но тот был слишком высоким, чтобы разглядеть, что происходит в музейном дворе.
– Где Марина Аркадьевна? – спросил Арсен на ходу у мужика, косившего траву возле забора.
– Как где? В музее, – ответил ему мужик и смерил его подозрительным взглядом. – С Олегом Дмитриевичем...
Арсен вошел в калитку и чуть ли не бегом направился к зданию, которое заметил еще с дороги...
Смотрительница у входа заставила его переобуться в огромные тапочки, а он уже изнывал от нетерпения.
