В сумерках двое мужчин покидает фургон, его силуэты растворяясь в темной листве кустарников. Рослый водитель, с черной маской на голове и свернутым тросом за поясом, спускается на землю, а его товарищ, коренастый и в камуфлированном комбинезоне, готов к задуманному прыжку через забор....
— Это Степан Юрьев. Вы меня помните? Я к вам приезжал с Варягом… Варяг меня послал к вам на выручку!
Старик захрипел, и на его сухих губах появилось жалкое подобие улыбки.
— Кто это был, дядя Сема? Чего им надо было? — торопясь застать раненого в сознании, быстро спросил Сержант.
— Сейф… — едва слышно прохрипел дядя Сема. — Архив Медведя… искали чемодан… Шифр замка… Больно было невтерпеж, пытали меня… Чемодан передай Владиславу… Там очень важное… — Старик вдруг судорожно вздохнул, выгнулся и со словами «А я его подвел… Не выдержал» затих.
Степан приложил палец к сонной артерии дяди Семы. Пульса не было.
* * *Выслушав краткий рассказ Степана о случившемся в Кускове, Владислав решил не дожидаться утра и уехать из химкинского госпиталя немедленно. Он понимал, что налет на особняк Медведя не был простым грабежом. Чутье подсказывало ему, что это событие каким-то образом — хотя пока непонятно, каким именно, — связано с вчерашним дерзким покушением на кремлевского чиновника в самом центре столицы.
Степан тоже с ним согласился.
По внутренней связи Владислав Геннадиевич вызвал врача Людмилу из ординаторской.
— Что случилось, рана на ноге тревожит? — взволнованно спросила женщина, вбежав в бокс.
— Нет, Люда, дело не в ноге… — Варяг взял ее за плечи. — Мне придется уехать… Сейчас…
— Но вам никак нельзя оставаться без врачебного присмотра! — запротестовала она.
