Язык был живым и полным красок, держался уверенно между коленами старшего лейтенанта Шубина. Он знал много секретов, но не позволял себе умирать раньше времени. Слова сыпались как капли дождя — о том, что у него большая семья ждет в Штутгарте. До войны он строил автомобили на конвейере Порше, теперь жизнь резко оборвалась в плену армии....
Наставление Власову Глеб сделал недвусмысленное, сказал, что надо держаться северо-восточного направления. Что бы ни случилось, идти только туда. Власов был человеком странным, подверженным порывам. Периоды активности сменялись в нем полным безучастием и равнодушием.
Но в группе хватало вменяемых людей, им ничто не мешало поставить генерала на место. Все они понимали, что их единственная надежда – старший лейтенант Шубин."
"Он отыскал на карте место, где они расстались с Власовым, начертил от него линию на северо-восток.
«Данный район не столь уж обширный. Тринадцать человек не могут не оставить следы. Надо просто запастись терпением и искать, регулярно включая здравый смысл», – подумал Глеб.
– Что-то не сходится, товарищ старший лейтенант? – как-то равнодушно спросил Малинович.
– Не сходится, – подтвердил Шубин этот факт. – Хотя должно.
– Удача – штука непостоянная, – со вздохом сказал Пастухов. – Легко пришла, точно так же ушла.
– Помогли бы лучше, – огрызнулся Глеб. – Не найдем этих потеряшек, не выполним задание, и все жертвы будут напрасными.
Все четверо склонились над картой, горестно вздыхали.
– Вот этот узкий перешеек между болотами видите, товарищ старший лейтенант? – спросил Бердыш. – Сюда они в любом случае должны попасть. Не полезут же в трясину.
– Как просто, – заявил Шубин. – Гладко было на бумаге, да забыли про овраги.
– Отчего же, помним, – сказал Бердыш и пожал плечами. – Как-то хреново все, да, товарищ старший лейтенант? Нас все меньше становится, еда кончается, курево тоже, боеприпасов хрен да маленько.
Про безмерную усталость можно было и не вспоминать.
После этого разведчики стали выдвигаться в нужный квадрат. В округе стояла какая-то подозрительная тишина. Смолкла канонада, не гудели моторы. Похоже было на то, что они забрались в самую глухомань.
Повело свежестью. За кустами тальника находилось озеро. Ноги проваливались по щиколотки в сырую землю.
