Генерал (СИ) захватывает с первых строк: "Оба-на, какая цыпочка! — восхищенно присвистывает Леша Панкратов." Яков Егоров, главный герой, не может скрыть улыбки при виде красотки на соседней аллее. Атмосфера свежего летнего воздуха и шум транспорта дополняют ощущение элегантности и непринужденной уверенности генерала в этом романтическом повороте событий....
– Зачем? – охаю я испуганно.
– Любой талант должен быть монетизирован, – усмехается он и снова утыкается в свой телефон.
Закрываю глаза, пытаясь собраться духом. Тут из-за мужа я вся на нервах, а папа мне еще проблем подкинул. Где я и где эти галереи? Смешно, правда?
Глава 40
– Да я уже прилетел, Гера, – бухтит в трубку папа, когда самолет, пробежав по взлетной, замирает на месте.
Отец устало трет лицо, а затем, выслушав друга и партнера по бизнесу, недовольно поглядывает на часы.
– Тут не все так однозначно.
Смотрит на меня выжидательно. Дескать, чего тормозишь, Катя!
– Трап подали? – отвлекается на стюардессу. И снова возвращается к разговору с Герой.
– Так всей семьей приезжай, бро. Шашлыков нажарим. Есть повод отметить… Ну как какой… У меня Катя домой возвращается. Да забрал ее из этих «Сосен» дурацких…
Сердце екает от застарелой вины.
«Может, мы с Васей туда еще вернемся. Отметим сорок лет совместной жизни или рождение правнуков», – думаю по привычке и тут же осекаюсь. Ордынцев, зараза!
Мое глупенькое сердце отказывается верить сплетням. Ну не мог мой Васечка опуститься до плинтуса или еще ниже. Он все-таки генерал, а не вырвавшийся на свободу фермер из Задрищева.
Включив телефон, сразу проверяю мессенджеры и прикусываю губу от досады. Нет моего Ордынцева в сети. И даже не появлялся.
«Позвони мне, Васечка! – усевшись на заднее сиденье папиного Гелендвагена, печатаю, стараясь дрожащим пальцем попадать в нужные буквы. – Я волнуюсь!»
Ставлю рядом кучу грустных смайликов и не кривлю душой. Фиг с ней с шалавистой Людкой и ее ребенком. Мой Ордынцев где?
– Вася еще не вышел на связь? – кивает на айфон, зажатый у меня в руке, отец.
– Пока тишина, – вздыхаю невольно.
– Объявится, куда ему деваться, – хлопает папа меня по руке. А мне в его напряженном голосе чудится грозное «Да я его из-под земли достану!».
– Гера с Алиной приедут к ужину, – переводит он разговор.
– Я слышала, – киваю улыбаясь. И неожиданно вспоминаю, как четыре года назад вместе с Настей заявилась к отцу из Филипповки. Учиться!
Вот жизнь меня и выучила.
