В крепких объятиях усталой герцогини созерцаешь мрачную атмосферу средневековой Европы. В душных комнатах госпожи тихо шуршат листья в старых книгах, и каждое движение кажется зловещим предвестником чего-то ужасного. Выкради взгляд за окном — искрятся мрак и дым, словно хвосты волков в темноте....
— Но, госпожичка, мы так все перепугались! И вас разбудили! — всплеснула руками Мария.
— Мели, сбегай к себе и оденься, — тихо сказала малышке и, дождавшись, когда дверь за ней закроется, повернулась к Марии. — Ругать девочку за свой проступок нельзя. Это ты не уследила за ней. И уже не в первый раз. Если я ещё раз услышу, что ты говоришь такие вещи ребёнку, то мы попрощаемся. Несмотря на твои заслуги.
— Ваша Светлость, но что я сделала! — возмутилась женщина, растерянно глядя на меня.
— Разве можно говорить малышке, что за плохое поведение её могут бросить? Мария, ты с ума сошла? — я едва сдерживалась, чтобы не закричать.
— Высечете? Меня? -женщина была шокирована. Да, столь резкая смена в характере госпожи её напугала. Обычно Адель не обращала внимания на то, как Мари воспитывает Мелинду. Ругает ли, шлёпает ли… Главное, девочка растёт беспроблемной.
— Свободна. Позже позову в кабинет.
— Аннет приболела, — потухшим голосом сообщила женщина. — Лихорадка.
Мне даже на миг стало жаль женщину. Она не сделала ничего ужасного, но… Чем раньше прислуга поймёт, что мои приказы не обсуждаются, тем проще нам всем будет. А Мария… Переживёт.
— Хорошо, иди.
Мария ушла. Я, дождавшись Мелинду, принялась за завтрак.
— Мама, а можно сегодня я с тобой буду? Я не буду шуметь и мешать! Честно-честно!
— Можно, чуть подумав, согласилась я.
Ну посажу малышку рядом в кабинете, дам бумагу и карандаши.
Спустя минут сорок, я спустилась в кабинет и приказала позвать практически всю прислугу, кроме Аннет, по понятным причинам.
Когда все собрались, я тихонько вздохнула, собираясь с силами и заговорила:
— С этого дня наша жизнь изменится кардинально. Дарина, тебе предстоит кормить больше народа, Агата и Васила, мне нужна чистота в замке. Везде, не только в главных помещениях. Всевол, ты знаешь, к чему готовиться.
— Есть травница, — предложила Агата.
