В холодной студии кинематографиста, где свет от мерцающих экранов создает необычную атмосферу, Павел и Катя обсуждают очередное задание. Неожиданная перемена темы приводит к шуткам и легкому румянцу на лицах участников разговора. Юсупова выглядит непривычно серьезной, будто готовясь к какому-то важному откровению....
Ни на себе. Ни на «жертве». Ни на месте работы.
А он сорвался. Утратил самообладание. Еще бы чуть-чуть и потерял лицо. Перед своими людьми. Такого допускать нельзя.
Однако… не сдержался. И в моменте не слишком о том жалел.
В их работе не приветствовались близкие отношения. Однако Чэня он мог бы даже назвать своим другом. До того как…
— Б**дь! — выдохнул на местном мужчина.
Облегчения не наступило."
"Они рыли землю. С той самой ночи как. «Клинок» господина Ии был профессионалом. Да, он отдал свою жизнь в заранее самоубийственной атаке.
А через неделю по «наводкам» отправились боевые группы. Приказом господина Ии не жалели никого. Схема одна: внезапный налет, потрошение на месте, сокрытие следов и тел.
На троицу столичных координаторов мацзэй они вышли за семь часов.
— «Конные разбойники», — покачал головой Чжан.
Древнее название. Еще со времен хунхузов. Ныне потомки «краснобородых» занимались контрабандой.
Одним из них стал молодой Волконский.
В целом, его господину жизнь отдельного опричника была безразлична. Совершенно. Но эти твари использовали Чэня для удара. И это стало ошибкой.
Глубоко вздохнув, мужчина отключил музыку и вернул наушники в футляр.
Постояв несколько секунд, он бросил взгляд на потрескавшийся асфальт стоянки перед входом в цех. Кое-где сквозь трещины уже начала прорастать «зелень».
Кивнув своим мыслям, мужчина направился вглубь цеха. С каждым шагом запахи «заброшки» ощущались все гуще. Дышать становилось труднее. Однако Чэнь прекрасно знал, что «на месте» будет гораздо хуже. К нынешнему духу прибьется амбре человеческих выделений со стальной ноткой крови.
Ее в эту ночь и так пролилось немало.
Эту троицу брали разом. Толстяк по прозвищу Пандзи и Тонг-Фанцзы (или «псих» на местном) ночью предпочитали спать.
А вот последний, «Брат нож», предпочитал заведение, местным не знакомое в принципе. Небольшой клуб для своих располагался неподалеку от центра столицы. Но попасть туда можно было лишь по личному приглашению. Дао ге решил расслабиться.
— Этот, — негромко вздохнул помощник, показав экран комма командиру Хану.
