Автор
В знойное лето 1995 года в маленьком городке произошло нечто, что изменило судьбу художницы и гинеколога. Калейдоскоп ярких красок и запахов природы стирает границы между вещами – от крыш к клумбам, от трамвайных путей до потовых человеческих пальцев. Атмосфера этого времени словно полотно, готовое натянуть на каждый уголок жизни....
Только мне хотелось услышать не то что я и так знаю, а преимущества жизни вдвоем.
Люська рассеянно щелкала семечки, выуживая их из кармана, и равнодушно поглядывала на стаю молодых голубоглазых ворон, обсевших столетние осины. Птицы истерично кричали, будто избитые плетью, и щедро гадили на тротуар. Пахло поджаренной корой, дымом, душистым горошком, взмыленным солнцем, а еще скучным городом, церквями и Музеем хлеба. Толстые километровые облака утепляли небо стекловатой и царапали лоб полной пятнадцатидневной луны:
– Просто у него проблемы с женой.
Люська сделала ложный вдох и потрогала рукой место, где должно быть сердце. Мира испугалась:
– Тебе нехорошо?
– Да нет. Просто целый день душа не на месте. Еще с самого утра, как увидела его, Толика – мою первую любовь.
Они присели на скамейку, тесно прижались друг к другу плечами, и Люська разоткровенничалась:
– Мы познакомились случайно. Подружка попросила составить ей компанию и сходить в гости к Бобу на съемную квартиру. У него по вечерам собирались ребята, курили травку, играли в покер, пили пиво и смотрели порнушку.
Нам долго не открывали, и подруга начала стучать ногой. Заволновалась, что привели какую-то шлюшку и развлекаются. Затем дверь поддалась, скрипнула, и показалась взъерошенная голова Боба. Он скорчил рожицу, присвистнул и крикнул вглубь квартиры: «Пацаны, какие к нам хорошенькие курочки пришли!»
Боб косил под известного культуриста и постоянно качался. Что он только не делал, чтобы нарастить мышечную массу: ел детские сухие молочные смеси, пил пиво с грецкими орехами и медом, тушил яблоки со свиным салом, двенадцатью желтками, сахаром и шоколадом, а потом полученную смесь мазал на хлеб.
Парень втянул нас за руки в коридор и стал щупать так, что вешалка ходила ходуном. Мы пищали и вырывались. Короче говоря, было весело.
