В помещении, где постамент выходит на центральный уровень, тонкий свет ласково проецируется на молодого человека с ослепительной улыбкой и золотым лавровым венком на темных волосах. Его обнажённый силуэт вызывает восхищение вокруг него — от красивых слов приятеля до атмосферы римской славы, что кажется таким чистым и светлым в контрасте с окружающим мраком....
Алекс выдыхает, мышцы расслабляются, он открывает рот шире, позволяя языку парня проникать глубже, их языки сплетаются, руки глядят загорелую кожу.
— Тебе было больно?
— Нет, не очень. Я подготавливал себя.
— И мне ничего не сказал? Дай я посмотрю, хочу видеть тебя. Хочу видеть как можно ближе то, где был мой член. Хочу видеть твою попку.
Давид опускает руки, ласкает ягодицы Алекса, тот сидит на нем сверху, максимально раздвинув колени и открыв себя для откровенных ласк. Тонкие пальцы легко касаются колечка ануса, вокруг все еще мокро, он скользит по своей же сперме, втирая ее в нежную кожу.
— Боже мой, какой ты мокрый. Это все я, да?
— Да, милый, это все ты."
"Давид целует шею, Алекс откидывает голову, подставляя себя для таких возбуждающих поцелуев.
— Потрогай меня там, да, вот так, боже мой, как хорошо, да,….ааааа….нет, нет, не проникай пока, да…как волшебно ты это делаешь.
Давид кружит подушечками пальцев по чуть воспаленной коже ануса, сфинктер сомкнут, но ягодицы Алекса максимально раздвинуты и от таких откровенных ласк удовольствие разносится по всему телу маленькими разрядами тока.
Так продолжается несколько минут, Алекс сам крутит попкой, его член встает, он чувствует, как тот наливается кровью, как набухает на глазах.
— Перевернись, хочу поцеловать тебя, хочу вылизать твою попку.
— Ты когда нибудь сведешь меня с ума своими просьбами.
— Может мне тебя связать? Чтобы ты был более послушным.
— Да, и отшлепать, но не сегодня, милый.
Алекс медленно перекидывает ногу через бедра Давида, стоя на коленях упирается руками в спинку кровати, его ягодицы призывно торчат вверх, колени раздвинуты.
— Сейчас, я оботру тебя.
Давид проходится влажными салфетками по покрасневшей плоти, обтирает анус, яички, бедра Алекса, специально задевая член, стирает с его набухшей головки остатки спермы. Смотрит на свой уже возбужденный орган, облизывает губы, проводит по стволу несколько раз рукой, стонет, задевая свою чувствительную головку.
Опускается ниже, лаская ягодицы Алекса, раздвигает их еще больше, нежно целует, облизывая языком сфинктер, чуть сжимая яички.
— Как же сладко, милый, аааа….трахни меня своим язычком.
Давид жадно облизывает тугое колечко мышц, оно расслабляется под его ласками, пропуская внутрь язык.
