В бесконечной тьме ты смотришь на влажную смерть — то, что не может быть выявлено обычными тестами. Каждый день уносит жизнь, но не успевает рассказать о том, что с ней случилось. Ты знаешь, что есть что-то больше, чем просто кровь и мучения. Книга Голод 2 — мир в постоянной борьбе за выживание, где каждое дыхание — опасность....
- Прошу вас… - к счастью мой голос был тверд и спокоен, как того и требовалось, но моя душа…она по прежнему была в агонии, пока две высокие мощные фигуры заполняли собой дверное пространство, осторожно проходя внутрь кабинета.
Я ожидал, пока они привыкнут к необычной обстановке, давая возможность осмотреться, прежде чем заговорил снова:
- Вы можете присесть, где вам будет удобнее.
У противоположной стены стоял удобный диван, освещенный мягким приглушенным светом, куда опустился Генри, вскинув голову и всматриваясь туда, где был я.
Синие-синие, глубокие, мудрые и печальные глаза, в которых не было паники или тумана. Но было много боли и невысказанных страданий.
- Док, спасибо огромное, что согласились принять нас в срочном порядке!
Ник не занял места рядом с Генри, неожиданно прошагав вперед, и, остановившись прямо у края стола, протянул свою руку.
- Рич никогда не рассказывал о вас, но я хочу, чтобы вы знали, что друг моего друга – мой друг!
Ник хлопнул себя ладонью в область груди той рукой, которой только что жал мою руку, заставив меня искренне улыбнуться в темноте.
Не прав был тот, кто говорил, что эра героев и истинных викингов давно прошла!
Потому что один из них стоял прямо передо мной – искренний, чистый, сильный, бесстрашный и верный. Небо благословило моих братьев, подарив им такого друга.
- Я – Ник. Николас Холлидей, - мужчина быстро плюхнулся на стул возле моего стола, повернув его так, чтобы видеть в пол оборота Генри, что заставило меня нахмурится, - и…нам нужна помощь…"
"Когда он сконфуженно замолчал, глядя на Генри глазами, в которых была одна лишь тревога, я понял, что в этой истории слишком много подводных камней…
- Мистер Ричардсон, - тихо обратился к брату, наблюдая, как тот поднял голову, снова глядя на меня, - как я могу обращаться к вам?.
- Генри…мое имя Генри, - тихо ответил брат, не видя моего волнения, оттого, что впервые я произношу его имя, обращаясь к нему лично, а не своим детским мечтам.
- Генри, вы любите музыку?...
