В бесконечной тьме ты смотришь на влажную смерть — то, что не может быть выявлено обычными тестами. Каждый день уносит жизнь, но не успевает рассказать о том, что с ней случилось. Ты знаешь, что есть что-то больше, чем просто кровь и мучения. Книга Голод 2 — мир в постоянной борьбе за выживание, где каждое дыхание — опасность....
- Не глупи, крепыш, - отозвался глухо Дэм, который располагался тут же на диване рядом с поникшим Ником, - на вас с блондинчиком две клиники, - подавшись вперед, Дэм, чуть покосился в мою сторону, явно пытаясь рассмотреть в темноте меня, - к тому же…тебе нужно подумать в первую очередь о себе.
И это была здравая мысль, которую я поддержал мягко, но настойчиво:
- Твой друг прав, Генри. Ты потратил слишком много сил душевных и физических, проходя лечение.
- Я нужен брату. Я справлюсь.
Синие глаза Генри снова полыхали немыслимой силой и твердостью, заставляя меня в очередной раз восхищаться его самоотверженности и любви к брату.
- Рич не будет один, крепыш, - Дэм поднялся с дивана, подойдя к столу и сжав мощное плечо Генри большой ладонью, - я буду с ним. В конце - концов только я на своей шкуре знаю, что происходит с ним, и, возможно, смогу быть полезным доктору, Ник поможет тебе с клиниками и будет рядом. В любом случае вы все-равно сможете видеться каждый день, когда ты будешь приезжать сюда на свои занятия.
Долго сомневаясь Генри все-таки признал, что Дэм говорил правильные вещи, отправляясь домой, чтобы привезти Ричарду его вещи и вещи Дэмиена."
"Подавленный и молчаливый Ричард остался, не виня в этом никого и уйдя глубоко в себя.
Дав Ричарду немного снотворного, чтобы брат спокойно спал и набирался сил в преддверие большой и тяжелой работы по спасению его души, я метался в миленькой комнатке своей Рози, не в силах в этот раз отыскать покоя среди фисташковых стен и родного аромата моей девочки.
У меня были ключи от дома, куда я пришел, как всегда незримой тенью, поднявшись сразу в ее комнату, и упав на заправленную кровать, чтобы обнять изо всех сил пышную подушку, которая благоухала моей розой.
Раздор в моей душе был слишком сильный и опасный, чтобы я мог поделиться им с кем-либо в эту секунду. Десятки вопросов кружили в моей голове, не находя ответов и сводя с ума.
Оба моих братьев были больны. Это не могло быть простым совпадением. Это была какая-то страшная тенденция, которую я не мог понять и просчитать.
Слишком погрузившись в себя и собственные тяжелые мысли, я не услышал, как хлопнула дверь внизу. Только легкие быстрые шажки не взлетели по лестнице.
Не было слышно звонкого солнечного голоска моей девочки, в которой я хотел раствориться и забыть обо всем, что мучило меня внутри, раздавливая и убивая.
