В бесконечной тьме ты смотришь на влажную смерть — то, что не может быть выявлено обычными тестами. Каждый день уносит жизнь, но не успевает рассказать о том, что с ней случилось. Ты знаешь, что есть что-то больше, чем просто кровь и мучения. Книга Голод 2 — мир в постоянной борьбе за выживание, где каждое дыхание — опасность....
Лишь резко щелкнул выключатель на первом этаже, заливая первый этаж ярким светом и выводя меня из транса собственных мыслей.
- Я знаю, что ты здесь и не нужно прятаться! – раздался грозный голос бабушки Сид, - Предупреждаю, что в моей руке острый кухонный нож, а во второй я уже набираю полицию, так что лучше тебе самому спуститься!
Глава 60.
- Гребанный стыд…. - выругался я себе под нос, соскакивая с постели Рози, и пытаясь придумать, что же теперь делать. Спрятаться под кроватью и слиться с пылью, чтобы приехавшие полицейские стали заиками от хохота, когда найдут меня здесь? Или проделать тот же трюк со шкафом, запутавшись в милых платьях Рози?
Ромео с меня был, прямо скажем, никудышный, потому что, мельком выглянув из окна, и посмотрев, сколько предстоит лететь до земли в случае побега, я решил, что отсутствие двух конечностей для меня вполне достаточно, чтобы потерять еще несколько при неудачном полете с подоконника.
Тем временем бабушка начала движение по направлению на второй этаж, громко стуча каблуками по каждой ступеньке и продолжая грозно и твердо говорить:
- Последняя возможность!
- Кто не спрятался, я не виновата, - хмуро хмыкнул я себе под нос, разворачиваясь к приоткрытой двери и пряча руки за спиной, понимая, что у меня нет другого выбора, как притвориться Ричардом.
Снова.
Да, не самая была удачная идея, и предстояло придумать правдоподобную и душещипательную историю о том, как Рич мог оказаться у Рози в спальне в закрытом доме, а главное для чего, только времени для размышлений уже не было, потому что седые, тщательно уложенные в аккуратный пучок у основания шеи, волосы уже показались в поле зрения.
Серые глаза тетушки Сид округлились так, что вокруг глаз пропали мелкие морщинки, когда она уставилась на меня сквозь приоткрытую дверь, по инерции выставив длинный кухонный нож вперед, словно обороняясь.
- Добрый вечер, тетушка Сид, - натянул я на своё напряженное лицо улыбку, чуть кивнув, - прошу прощения за вторжение.
Женщина дрогнула всем телом, чуть прищурившись и глядя на меня так, словно не могла поверить своим глазам в том, что я живой и настоящий.
